И они удалились рука об руку, высокий важный граф и худощавый миниатюрный Глостер, тогда как Бесс присела на близстоящую скамью. От скорости разворачивающихся событий начинало захватывать дух.

Весь день прибывали новые люди, но о Хамфри не было ни звука. Вечером, когда спустилась мгла, и у Бесс больше не осталось обязанностей и она направилась спать, до молодой женщины донесся далекий стук копыт. Бесс остановилась и, еле слышно вздохнув, открыла дверь спальни. Леди Скроуп уже находилась здесь, она сняла свой головной убор, а служанка готовилась стащить с ее ног обувь.

'Была ли когда-нибудь такая же Страстная пятница?' - задала риторический вопрос леди Скроуп, как только Бесс вошла. 'Клянусь, я засыпаю на ходу. С этим набором совещательного собрания, молитв и скудного ужина нам всем необходим здоровый ночной сон'.

'Да'. Бесс присела на кровать. 'Лорд Скроуп уже прибыл?'

'Нет, но он не задержится, насколько я его знаю, и впадет в ярость, если пропустит сражение. Говорила ли я вам -' - речь леди Скроуп прервал стук в дверь. 'Кто бы это мог оказаться? Разумеется, королеве мы в данный час не нужны?' Она одарила Бесс кривой улыбкой и подтолкнула свою служанку. 'Давай, девочка, открывай, мы еще не разделись'.

Девушка сделала, как ей сказали, после чего Бесс слабо пискнула и, спотыкаясь, пересекла комнату, метнувшись в объятия Хамфри.

'Прекрасно!' - подытожила леди Скроуп и снова отправила ноги в туфли. 'Мы с тобой, девочка, этой ночью здесь не понадобимся. Принеси мои вещи, и мы пойдем поищем другое пристанище'.

'Я прошу прощения'. Свернувшаяся в руках Хамфри, едва разобрав его приветствие, Бесс обернулась: 'Леди Скроуп, пожалуйста, останьтесь. Мы с моим господином-'

'Нет', - твердо отмела попытку ее подруга. 'Добро пожаловать, сэр Хамфри. Я совершенно уверена, что вы не захотите топать по нашему лабиринту в поисках свободной кровати'. И когда тот расхохотался и покачал головой, прибавила: 'Не сомневаюсь, миледи Эксетер разделит со мной ложе, ибо мужчины на вторую его половину у нее нет, по крайней мере, мне о таковом ничего не известно!' Прежде чем последовали дальнейшие возражения, леди Скроуп выскользнула вместе со служанкой из покоев, оставив Бесс с Хамфри наедине.

Они снова принялись целоваться, перемежая поцелуи путаницей из слов. Хамфри рассказывал о месяцах сокрытия в имении в Кентском Уэлде, Бесс - о своем затянувшемся заточении в убежище.

'Отныне', - прошептала она, - 'Бога ради, никаких разлук. Как же я молилась о тебе, Хамфри'.

'И я о тебе. Как мои маленькие Аннета и Маргарет? Как наш маленький мальчик? Ты слышала о них что-то?'

'Да, с ними все в порядке, дети подрастают, смею заметить. Слава Богу, скоро мы с тобой их увидим, и наша семья воссоединится'.

'Да, но придется пойти еще на одно расставание, пусть и недолгое, если Господь смилуется. Мы выступим на рассвете и встретимся с Уорвиком'.

'Так быстро' Бесс прильнула к Хамфри с замирающим от ужаса сердцем. 'Ты видел Его Величество?'

Лишь на миг, но мне необходимо было дать ему отчет. Со мной явились около сотни верных жителей Кента. Пожелал прийти даже отец госпожи Элизии. Он не носил меч почти четверть века, но сейчас надел, чтобы лично удостовериться, как ланкастерцев разобьют'. Хамфри на секунды замолчал. 'Он странным образом их ненавидит, особенно королеву Маргарет, для простого торговца из Кентербери'.

'Батюшка Элизии тут?'

'Нет. Я убедил его, что руки у него заржавели также, как и оружие, однако, он прислал двух подмастерий, оказавшихся искусными лучниками. У меня собралось чудесное войско'.

'Хотела бы я, чтобы сражения завершились', - вздохнула Бесс.

'Хвала Господу, это скоро случится, хотя', - Хамфри подарил Бесс мимолетную улыбку, - 'среди нас нет того, кто не рвался бы в бой. Мой новый оруженосец, юный Белласис, все это время ни на шаг от меня не отходит и так и жаждет влететь в ряды противника. Только мой дядя, архиепископ, продолжает считать, что сражение в день Пасхи - выбор не самый лучший, но он уже забыл о днях своей молодости и прижился в церкви. Наверное, мы возьмем с собой Генри, чтобы тот сумел лично удостовериться, кому Бог отдаст победу'.

Спекшимися губами Бесс спросила: 'Ты так уверен?'

'Конечно. Наши разведчики сообщили, что у Уорвика внушительное по численности войско, но на нашей стороне правда, поэтому каждый завтра выйдет на поле с легким сердцем'.

Бесс крепко обвивала мужа руками. 'Значит, у нас очень мало времени'.

'Очень мало времени?' - поддразнил Хамфри. 'У нас впереди вся жизнь. А мы продолжаем бесконечные разговоры. Господи, как же мне тебя не хватало, женушка'.

Хамфри сам снял с Бесс одежду, покрывая поцелуями каждый участок ее тела и кладя обнаженной на кровать. Их необходимость друг в друге после изнуряющих месяцев была настолько велика, что Бесс и не знала, и не заботилась, случались ли у мужа в период расставания отношения с кем-то еще, с девушкой из трактира или же со знатной леди. Она понимала, мужчинам тяжело хранить целомудрие, теперь же ее мысли занимало исключительно его горячее тело, тяжело на ней лежащее, ищущие губы и руки. В течение всего времени их брака пара не переживала подобной ночи, и впервые в голове Бесс не оказалось ни единой мысли о другом мужчине, кроме как о Хамфри. Она смеялась, стонала, притягивала его к себе, а когда, наконец, погрузилась в сон, то испытывала столь глубокое счастье, о каком никогда раньше не подозревала.

Утром король опять вернул королеву под защиту безопасных стен Тауэра, после чего отправился в дорогу, в направлении Барнета и Сент-Олбанса. Бесс попрощалась с Хамфри на многолюдной площадке под Белой башней, где наталкивались друг на друга люди и кони. Роб Фитчет держал скакуна породы першерон, с луки седла которого свисал боевой шлем, а Роберт Белласис занимался штандартом рода Буршье. 'До встречи, любимая', - произнес Хамфри. 'Мы вернемся с головой Уорвика, прежде чем наступит завтрашний пасхальный обед'.