– Не знал, что ты так хорошо разбираешься в женских шмотках. Да и, как я слышал, еноты – близорукие создания.

– Вот тут ты прав. Но зато у меня чрезвычайно ловкие лапы, осязание компенсирует недостаток зрения. Знал бы ты, как напряглись её…

– Джус, избавь меня от подробностей.

Енот подозрительно прищурил глаза.

– Неужели тебе не нравится созерцать женские прелести?

– Не важно, но я думаю, что такие вещи не стоит обсуждать с енотом.

– Зря ты так. Между прочим, по штатному расписанию я на полставки ещё и психолог, так что, если потребуется чьё-то пушистое плечо, приходи, послушаю твои стенания и за бесплатно скажу тебе, что ты тряпка.

Я тем временем осторожно похлопал девушку по щекам. Бесполезно. Настя никак не реагировала на мои попытки привести её в чувство. Енот уселся на кровать и задумчиво почесал нос.

– Хм, знаешь, а ведь до меня только сейчас дошло, что на зарплату рядового сотрудника правоохранительных органов такой нарядец не купишь, да один её бюстгальтер стоит…

– Джус, прекрати уже обсуждать её белье.

– Да мне насрать, делаю, что хочу. Она нас всё равно не слышит.

– Ты действительно думаешь, что она не та, за кого себя выдаёт?

Енот ничего не ответил, вместо этого он пошарил лапой по карманам пиджака девушки.

– Нее, босс, удостоверение настоящее. Но тебе не мешает узнать, откуда у девочки деньги на такой топовый шмот.

– Взятки или богатый поклонник?

– Вполне может быть, – фыркнул Джус.

– Ты уверен в правильности своих выводов?

– Что касается модных тенденций и цен на одежду, то скажу лишь, что я питерский енот, быть в тренде – это моё призвание, детка. Или ты думал, что раз я полоскун, то значит должен исключительно копаться в мусоре?

– Ты скорее единственный в своём роде енот-потаскун.

– О, спасибо, приму за комплимент.

– Господи, ты ещё долго будешь трепаться?

– Прости, босс, но я молчу лишь во сне.

– Лучше помоги, нужно привести Настю в чувство.

– Настю, говоришь? И когда только блин успел? Чудны крестьянские дети.

Енот задумчиво почесал лапкой голову.

– Есть одно проверенное средство, которое гарантированно приведёт её в чувство.

– Это какое? – насторожился я.

– Можешь её поцеловать.

– Да ну тебя с твоими шутками. Джус, ты невыносим, нельзя быть хоть чуточку более серьёзным?

– Андрей, если бы ты следовал моим инструкциям, то давно бы притащил уже аптечку, и дама была бы в сознании.

Оставив девушку наедине с недовольно бурчащим Джусом, я направился в ванную. Аптечка отыскалась тут же в небольшом шкафчике рядом с зеркалом. Уже через минуту я осторожно поднёс к носу Соболевой ватку с нашатырным спиртом. Девушка дёрнулась и открыла глаза.

– С добрым утром, спящая красавица, – енот приветливо помахал девушке лапкой. – Эээ, Андрей, она опять поплыла.

Новая попытка лишиться чувств в этот раз не увенчалась успехом, я был настороже. Девушка недовольно оттолкнула мою руку с нашатырём.

– Что тут за чертовщина происходит? Какой дрянью вы меня накачали?

– Если ты думаешь, что мы подсыпали тебе наркотик с целью овладеть твоим бренным телом, то мне придётся тебя разочаровать. Я – не глюк твоего воспалённого разума. Не веришь? Ну, тогда на, пожмакай мой бочок. Он всамделишный, – енот любезно пододвинулся к девушке поближе. – Не хочешь? А зря.

Соболева дёрнулась в сторону, и не успей я среагировать, наверняка бы грохнулась с кровати.

– Вот, молодец. Шоковая терапия творит чудеса. Приходи уже в себя. То, что тебе под видом сказочки пытался рассказать мой босс, это всё правда. Мир тьмы и его создания гораздо ближе, чем ты думаешь.

– Ты демон?

– Не знаю, но женщины в постели обычно говорили, что я Бог.

Я не сдержался и рассмеялся. Енот отсалютовал нам лапой.

– Ну ладно, детишки, папочке нужно идти. Меня ждут великие дела. Кто-то же в этой крипте должен работать. Не советую меня беспокоить, в ближайшие часы я буду очень занят, чтобы обращать на вас своё великое внимание. Ну, теперь оставлю вас наедине, вон уже телефон разрывается, наверняка курьер привёз пиццу.

Енот спрыгнул на пол и удалился, бормоча себе под нос:

– Надо же, а я и не знал, что в системе МВД теперь работают сплошные неженки. Труп и расчленёнка – это норма, а вот говорящий енот заставил её упасть в обморок. Хах, мельчает народ. Бедная Россия. Ладно, я и сам хорош, совсем расслабился и позволил этой неженке трогать мои достоинства, её жалкими недостатками…

Вскоре бормотания енота стихли. Я присел на край кровати. Настя всё ещё прибывала в ступоре, но это состояние продлилось недолго. Раздалась трель мобильного телефона. Девушка подскочила как ужаленная и рванула в холл. Я поспешил за ней следом. Подхватив валявшуюся на ковре сумочку, она ответила на звонок.