ИСТОРИЯ СТАРОГО ВОЛКА

(В семи частях)

I

Когда злодей волк дожил до преклонного возраста, он принял хитрое решение подружиться с пастухами. И вот он отправился в путь и пришел к пастуху, стада которого паслись ближе всего к его логову.

– Пастух, - заговорил он, - ты называешь меня кровожадным разбойником, а ведь я на самом деле не таков. Правда, когда я голоден, мне приходится пользоваться твоими овечками, - ведь голод причиняет страдания. Избавь меня от голода, сделай так, чтобы я всегда был сыт, и тогда ты будешь мною вполне доволен. Ведь я самое кроткое, самое смирное животное, когда сыт.

– Когда ты сыт? Не спорю. Но когда же ты бываешь сыт? Ты и жадность ненасытны. Ступай своей дорогой!

II

Ничего не добившись, волк пошел ко второму пастуху.

– Пастух, тебе известно, что за год я могу утащить у тебя немало овец, - так начал он свою речь, - если же ты согласишься давать мне каждый год шесть овец, этого с меня будет довольно. И твои собаки тебе будут тогда, конечно, не нужны, и сам ты сможешь спать спокойно.

– Шесть овец, - промолвил пастух, - да это ж целое стадо!

– Ну ладно, ради тебя я готов довольствоваться пятью, - сказал волк.

– Нет, ты шутишь - пять овец! Больше пяти я даже Пану не приношу в жертву за весь год.

– Может быть, четыре?
– спросил волк, на что пастух только насмешливо покачал головой.

– Три?.. Две?..

– Ни одной!
– был наконец ответ.
– Ведь это ж глупо - платить дань врагу, от которого меня может уберечь моя бдительность.

III

"Два раза не бывать, зато третий раз - не миновать!" - подумал волк, подходя к третьему пастуху

– Как мне неприятно, что я прослыл среди вас пастухов, за самого жестокого, самого бессовестного зверя, - проговорил он.
– Но тебе, Монтан, я сейчас докажу, насколько несправедливы ко мне люди. Давай мне только каждый год по овце, и твое стадо может преспокойно пастись в лесу, который считается опасным из-за меня. Одна овца - какой пустяк! Можно ли быть более великодушным, более бескорыстным, чем я сейчас? Ты смеешься пастух? Чему же ты смеешься?

– О, ничему! Скажи-ка лучше, приятель, сколько тебе лет?
– спросил пастух.

– Какое тебе дело до моих лет? Как бы я ни был стар, я еще в состоянии задушить твоих самых любимых ягнят!

– Не сердись, старина Изегрим! Жаль только, что немного запоздал ты со своим предложением. Твои изъеденные зубы выдают тебя. Ты представляешься бескорыстным только для того, чтобы с большей легкостью и наименьшей опасностью добывать себе пропитание.

IV

Волк разозлился, но все же овладел собой и пошел к четвертому пастуху. У того как раз перед тем издох его верный пес, и - волк воспользовался этим обстоятельством.

– Пастух, - заговорил он, - я поссорился с моими собратьями в лесу, и уж теперь мне с ними никогда не помириться. А ты знаешь, что добра тебе от них не ждать. Если же ты возьмешь меня вместо твоего умершего пса, ручаюсь, что не видать им твоих овец, как своих ушей.

– Ты, что же, хочешь защищать их от своих собратьев в лесу?
– промолвил пастух.

– Ну да, о чем же я веду разговор! Разумеется!

– Что ж, это не дурно! Но если я приму тебя в свое стадо, кто тогда защитит моих бедных овец от тебя? Взять вора в дом, чтобы защититься от воров вне дома, - это мы, люди, считаем...

– Я вижу, ты начинаешь читать мораль, - сказал волк.
– Прощай!

V

– Если бы не моя старость!
– заскрежетал зубами волк.
– Но ничего не поделаешь, надо считаться с обстоятельствами.
– И он пришел к пятому пастуху.

– Знаешь ли ты меня, пастух?
– спросил волк.

– По крайней мере я знаю подобных тебе, - ответил пастух.

– Подобных мне? В этом я сильно сомневаюсь. Я ведь волк особенный, и со мной стоит подружиться - тебе и всем другим пастухам.

– А что ж в тебе особенного?

– Я не в силах задушить и съесть живую овцу, хотя бы это стоило мне жизни. Я питаюсь только мертвыми овцами. Разве это не похвально? Разреши мне наведываться время от времени к твоему стаду и узнавать, не издохла" ли...

– Не теряй даром слов!
– сказал пастух.
– Если хочешь, чтобы мы были друзьями, ты не должен вообще есть овец, хотя бы и мертвых. Зверь, который питается мертвыми овцами, скоро научится принимать за мертвых - больных, а за больных - здоровых овец. Так что не рассчитывай на мою дружбу, а ступай своей дорогой.