Проснулся Трофим от голосов, бубнивших на улице, и подскочил, озираясь. Судя по солнцу, вовсю светившему в окно, было уже далеко за полдень. Он сел, разминая руку, и с удовольствием отметил, что вчера парень все-таки поработал на славу: кожа вокруг побледнела, воспаление спало. Им бы во время войны побольше таких, с даром, может и…

Мотнул головой, отгоняя ненужные мысли и поднялся. Снял футболку, заляпанную кровью, и с тоской посмотрел на грязные простыни. Вот сложно ему вчера было раздеться что ли? Покупать сюда стиральную машину он пока не планировал, зачем она ему на стройке? Переоделся и вышел в кухню, замирая на пороге. За утро Ваня успел навести чистоту: полы, кажется, еще никогда так не сверкали. Сложенная горкой намытая посуда стояла у рукомойника, а на столе под полотенцем Трофима дожидался завтрак. Колдун хмыкнул, сел и принялся за яичницу. Кузьма Дормидонтыч благостно поглядывал на него из банки.

– Что, тебя тоже покормил? Вот шустрый какой, – кивнул Трофим, заваривая себе кофе.

– Дядь Трофим, – залетел в дом Иван, громко хлопая дверью, – Там к вам мужик какой-то приехал, говорит, по поводу ремонта дома.

– Трофим.

– А? – замер на пороге мальчишка.

– Не дядь, Трофим.

– Трофим, – повторил Ваня и улыбнулся, – Там этот… Сметы привез. Оно и правильно, жить в этаком… Не уверен, что потяну деньгами, думал, сам тут подшаманю чуток. Но посмотреть, наверное, все же можно, да?

– Я посмотрю, а вот ты обратно с ним поедешь, он подкинет до станции, по пути, – опустил руки на стол Трофим.

Иван улыбаться перестал:

– Это мой дом, я не поеду. Мне некуда больше.

– Как это некуда? – поднялся Трофим, подходя ближе, – К отцу, в деревню, или откуда ты там?

– Нет, – упрямо сжал губы парень, – Я не могу, я…

– Через «не могу»! Тут ты не останешься, – колдун отодвинул его плечом и вышел на улицу.

– О, Трофим Никитич, а мне ваш племянник сказал, приболели вы, – махнул рукой Павел, разворачивая на капоте машины чертежи.

– Племянник? – усмехнулся Трофим, – Ну-ну. Подбросите племянничка до станции на обратном пути? Он уже и так задержался.

– Как не подбросить, обязательно, – отмахнулся Павел, – Смотрите, я что придумал!

И он склонился над бумагами, подзывая Трофима. Тот вздохнул, посмотрел на дерево, где обычно его караулил ворон и прищурился, не найдя того сразу. Ведьма решила отозвать шпиона? Оно и правильно, Трофим как раз для того приготовил кое-что. Если уж война, то война.

Павел тыкал пальцем в смету, разворачивал и снова убирал план дома и говорил, не переставая, уже минут двадцать кряду:

– Значит, здесь мы снесем стену…

Трофим только кивал, поглядывая по сторонам. Ночное приключение не прошло даром, и сегодня он был явно заторможен.

– Ну и вот, – довольно сложил руки на груди строитель, – Беремся?

– Беремся, – кивнул Трофим, наклонившись, стараясь разглядеть конечную сумму.

– Тогда завтра и начнем, я вам вагончик подгоню сначала, а потом парней привезу.

– Угу, – скривился колдун, – За сколько думаете закончить?

– Так… – крякнул Павел, – Как пойдет! Со старыми домами никогда точно не скажешь, они иногда чего подкидывают сверху. Но думаю, за пару месяцев осилим. И да, я сам договорюсь, чтоб скважину пробили, с колодцем каши не сваришь.

– Хорошо, договаривайтесь, – вздохнул Трофим, – Тогда до завтра.

– Ага, – Павел стал складывать бумаги.

– Сейчас племянничка позову, – кивнул колдун, заходя в дом, и остановился на пороге, разглядывая два старых таза с дымящейся водой, стоящих на табуретках. И в одном из них Ваня полоскал что-то подозрительно смахивающее на постельное белье. И где, интересно, отрыл эти эмалированные посудины? Неужто, на чердак, рискуя здоровьем, слазил? Трофим тут пока жил, не видел. Он себе нормальный пластиковый купил.

– И что ты делаешь? – прислонился он плечом к стене.

– Стираю, – не поднимая глаз, буркнул парень, – Не видно, что ли?

– Видно, – Трофим помолчал, – Тебя Павел ждет. Оставь.

– Дядь Трофим, – кинув в таз мокрый куль, выпрямился Ваня и жалобно сдвинул брови, – То есть просто Трофим! Пожалуйста! Мне правда некуда, я ж там дел наворотил, Наташкиного ухажера…

– Убил? – наклонил голову колдун.

– Кто? Я? – испугался тот, – Нет, конечно. Отмудохал, чтоб неповадно было чужих невест соблазнять.

– Если не убил, то о чем речь вообще?

– Так у Наташки батя – участковый, он мне сказал, чтоб духу моего там больше не было, иначе…

– Иначе что? Посидишь пару суток в камере и штраф заплатишь? Нет, Ванек, собрал свои вещи – и на выход. Мне тут с тобой нянчиться некогда.

– Я не пойду, – сжал кулаки Ваня, набычившись, – Это и мой дом! Пусть ваш! Но и мой, по документам. Так будет правильно тогда, чтобы и вы, и я…

Он подскочил к своей сумке, достал оттуда папку, куда, видимо, и собрал с пола все свое добро, и потряс перед носом Трофима: