В рядах атакующих я не видел никого серьёзного, самый максимум — это Каннибалы Бездны и саблекогти совместно с розовыми «курицами» и демоническими кентаврами. Иногда удавалось заметить бледное раздутое тело поднятого низшей нежитью бедолаги-эльфа, но не более. Даже козлоголовых, давно ставших для нас рядовым мясом, видно не было. Вот только количество…

А силы защитников тем временем таяли. Барьеры всё сильнее дрожали, ведь каждая атака пусть и не могла пробить защитную магию, но вытягивала на себя хоть каплю, хоть каплю от капли маны, но вытягивала. И было таких атак…

Я видел, как наездники на грифонах, окружённые магической броней, взмывали на своих скакунах в небеса и обрушивали потоки огня и молний, вновь и вновь оставляя прорехи в море демонов, но… прорехи те закрывались почти мгновенно, и на место упавших вставало десять новых тварей, а трупы невезучих сородичей сжирались едва ли не на лету. Демоны не уставали и не кончались. Чего нельзя было сказать о защитниках. Впрочем, я пришёл сюда не «любоваться» побоищем, а поменять «сценарий» этого странного ритуала-пытки о «последнем худшем дне жизни». И потому…

– Нэроко, «Солнечная вспышка» — и быстро прорываемся к эльфам! Я не могу призвать духов!

Вместо ответа волшебница взмахнула посохом, посылая с навершия заранее заготовленное заклинание Пятого Круга, к которому мигом позже присоединился мой собственный «Взрыв Светлой Энергии» максимального радиуса, отправленный в самый центр наступающих волн демонов. Остальные девчата тоже не теряли времени, послав по направлению прорыва два чёрных серпа энергии Ки Меча и взрывную стрелу, перекачанную маной аналогичным приёмом, после чего дружно сорвались с места.

Я с Шивой оказался впереди, расплёскивая переживших энергетическую атаку тварей, Рёко и схватившиеся за свои луки близняшки отстреливали особо выдающихся демонов, благо те, как правило, были крупнее сородичей и хорошо заметны, Нэроко же на бегу спускала с посоха одно заранее заготовленное заклинание за другим.

Скорость наших действий была такова, что ослепительная вспышка в небе, выжигающая всех демонов на километр вокруг эпицентра, случилась, когда мы уже преодолели добрую треть пути до сомкнувших ряды эльфийских порядков, а потом и опустошительные взрывы от остальных заклинаний подоспели, оставляя за нами натуральный реактивный след, ибо раскидывала Нэроко в основном Огненные шары и прочие быстрые заклинания массового, но относительно компактного поражения.

– Во имя солнечного света, кто вы такие?! – встретил нас окрик высокого (даже чуть выше меня) беловолосого эльфа, облачённого в красно-белую мантию, что, очевидно, проталкивался к первым рядам нам навстречу, едва наши действия стали заметны.

Над головой у него была подпись [Хранитель Мудрости Ур. 30] [Ранг: Элитный], и он был одним из сильнейших во всей армии эльфов, так как абсолютное большинство, как и в первом нашем совместном Тренировочном Подземелье, было подписано Системой [Страж границ Ур. 25] [Ранг: Элитный].

– Мы друзья! – перекрывая голосом шум битвы, первой ответила Рёко, легко переходя на местный язык, который мы уже не раз слышали. И ответ не помешал ей прострелить торс очередному инфернальному кентавру, вырвавшемуся чуть вперёд из лавы таких же, что накатывали через выжженное нашими с Нэроко заклинаниями пространство, а потом стрела поразила ещё одного, ещё и ещё…

– Откуда в Канэлиате дети Шадалии? – переключился на неё эльф, мазнув взглядом по пушистым ушкам и хвостам обеих кшарианок. – Хотя неважно! – тут же оборвал он себя. – Вы знаете, что это за твари? Почему на них не действуют никакие чары усмирения зверей и монстров?!

– Это демоны, а не звери, – сотворяя ещё один «Взрыв Светлой Энергии» перед накатывающей ордой, ответил уже я. – Их не усмирить и не успокоить, их можно только убить.

– Звёздная пыль! Капли расплавленного мифрила. Звон разорванной искры... – начала зачитывать формулу «Великого Шквала Магических Снарядов» Нэроко, обернувшись назад.

– Но почему?! – продолжил допытываться откровенно потерянный, будто за последние часы систематически наблюдавший за крушением всего привычного миропорядка маг. И лица остальных эльфов в строю от него не сильно отличались. – Они ведь живые! У них есть кровь! Чувства! Они испытывают боль! Почему они совсем не боятся смерти? Это же противоестественно!

– Всё верно — они противоестественные существа, которые не умирают от простого оружия и магии, а только возвращаются в свой родной мир, где обретают новые тела, – ответил я, и с посоха Нэроко сорвался поток голубых снарядов, выкашивая ряды демонов на всю длину фронта, будто длинная очередь из зенитной установки. При этом каждый голубой сгусток был самонаводящимся и прошивал до своего затухания по десятку тел. – Мы здесь, чтобы помочь, вы же примете нашу помощь? – дождавшись затухания вызванного применением заклинания нэки шума, что был очень похож на гул шквалистого ветра во время грозы, повторил я почти то же самое, что изначально сказала Рёко.