Это же стыдно.

Я надеваю петлю ему на голову и затягиваю ее, как ошейник, на шее. Беру поводья у Кэт и прикрепляю их к кожаному ремешку у него на шее.

— Ну же, — говорю я ему, натягивая поводья. Он выпрямляется и не двигается с места.

— В этом нет необходимости, — говорит он, хмурясь, с убийственным выражением в глазах. — Ты просто хочешь унизить меня.

— И что? — мягко спрашиваю я. — Ты прекрасно знаешь, что я за человек. Я тебе даже нравился. И в данный момент не собираюсь оставлять тебя без присмотра.

Я резко натягиваю поводья, и он двигается, раздувая ноздри.

— Это только до тех пор, пока мы не проведем ритуал, — говорит Кэт, осторожно кладя руку ему на плечо.

Он смотрит на нее.

— Мы даже не знаем, что это за ритуал, — ворчит он.

Они оба вопросительно смотрят на меня.

— Магия крови, — говорю я им.

— Я думала, будет что похуже, — размышляет Кэт.

— И магия секса, — добавляю я, оглядывая их обоих. — С участием всех трех сторон, — я одариваю Брома улыбкой. — Нужно было вернуть воспоминания, чтобы ты принял участие. Иначе тебя было бы… сложнее убедить.

Хотя я бы с удовольствием попробовал.

Смотрю на них обоих. Они не выглядят особо удивленными тем, что влечет за собой этот ритуал, но я вижу, что Бром сомневается. Кажется, этот мужчина не хочет делить Кэт с кем-то другим. Возможно, он не хочет делить меня. Я чувствую трепет в груди при мысли о том, что ревнует, но не уверен в этом. Кажется, что мы не только вернулись к исходной точке, но и к негативу.

— И ритуал действует только ночью, — пытаюсь я заверить Брома. — Согласно тому, что я читал, всадник может вселиться только с наступлением темноты.

Мы идем по дорожке к общежитиям, и статуи, кажется, провожают нас взглядами, когда мы проходим мимо. Они всегда вызывали беспокойство, но кажутся чересчур живыми. Как же странно в этой школе, ковен, магия и все такое. Интересно, всадник — это то же самое, что и учитель в коридоре? Какая-то магия, проникающая сквозь завесу?

Внезапно в моей голове вспыхивает образ, как я спускаюсь по винтовой каменной лестнице в темноту. Помню запах влажной земли, серы и увядших цветов. Запертая металлическая дверь. Леона Ван Тассел стоит у меня за спиной и улыбается, демонстрируя острые зубы, и говорит на языке, которого я не понимаю.

Затем изображение исчезает, и у меня остается неприятное чувство, от которого я отмахиваюсь. Сейчас нет времени зацикливаться на этом, особенно когда у меня в руках одержимый человек.

Мы почти у здания. Кэт сбоку с моим пальто на плечах, и я не могу не восхищаться тем, что на ней снова моя одежда. По другую сторону Бром, с кожаной петлей на шее, ненавидящий все происходящее, но все равно подчиняющийся мне.

В здании темно и тихо, когда мы поднимаемся по центральной лестнице на этаж, воздух прохладный. Здесь темно, но на кончиках пальцев Кэт вспыхивают огоньки, она освещает путь, застенчиво улыбаясь. Мы с Бромом тут же восхищаемся ее даром.

Я подхожу к двери рядом с моей комнатой, где надеюсь оставить Кэт, и, конечно же, она заперта. Здесь много комнат на выбор, так как теперь, после исчезновения Дези, остались только Дэниэлс и сторож. Чем ближе Кэт будет ко мне, тем лучше.

— Кто-нибудь знает заклинание, как отпереть дверь? — шепчу я.

— Я знаю, — говорит Кэт, запускает руку в свои растрепанные волосы и достает заколку. Вставляет ее в замочную скважину и крутит, пока дверь не открывается с громким щелчком. — Та-да. Каждая женщина должна знать, как вскрывать замки.

Она смотрит на меня с улыбкой, и я никогда еще не был так очарован. Глядя на ее милое лицо, а затем на хмурый взгляд Брома, я хочу их обоих сразу. Даже захотелось провести ритуал сейчас же, просто взять книги и попробовать, но я должен заботиться о Кэт. Ей нужно выспаться, прежде чем мы начнем то, что может снова подвергнуть ее опасности, и мне нужно время все правильно понять, чтобы никто не пострадал в процессе.

Да и Бром заслуживает большего наказания, чем просто огнестрельное ранение.

Дверь в комнату открывается, там почти пусто: только односпальная кровать, письменный стол с незажженной свечой и пустой шкаф. К счастью, здесь тепло.

— Оставайся здесь, — говорю я, оставляя Кэт в комнате. Отпираю свою дверь и зажигаю пару свечей у окна, прежде чем взять подушку и дополнительное одеяло с изножья кровати и отнести их Кэт, пока Бром ворчит, как сердитый пес.

— Здесь ты будешь в безопасности, — говорю я, передавая вещи в ее руки и забирая у нее остальные кожаные ремешки. — Обещаю, моя vlinder.