— Ты хочешь обрезать такую красоту? У тебя же настоящие эльфийские волосы! Папа, наверное, эльф?

— Я сирота, — спокойно ответила ей.

— Прости меня, — я видела в зеркало неподдельное раскаяние, видать, женщина была очень доброй. — Хорошо, я сделаю, что ты просишь.

— Я еще хочу перекрасить их в рыжий цвет. Сделаете?

— Конечно, — она улыбнулась. — Но хочу предупредить, если у тебя действительно волосы эльфийские, то краска сойдет через пару дней.

Я все равно согласилась, тем более что узнаю правду про своего отца: эльф или не эльф. Длину выбрала чуть выше плеч. Очень довольная я покинула это заведение, и теперь уже без остановок дошла до рынка.

В лошадях я не разбиралась. Совсем. Посему здесь обращала внимание только на внешнюю красоту. Поэтому увидев рыжего красавца, подошла к нему, любуясь его грацией. Он посмотрел на меня свысока, фыркнул и снова уставился.

— Заинтересовал? — услышала я рядом с собой голос. — Пятьдесят золотых, всего пятьдесят золотых.

— Сколько? — не смогла я сдержать изумления.

— Так это потому дешево, что он не объезжен еще, — пояснил мне продавец такую «низкую» цену. — Иначе меньше, чем за семьдесят я не продавал.

Я только покачала головой и пошла дальше, теперь уже выискивая породу, которая внешне бы походила на земных лошадок, которых используют для катания людей. Вот только не было здесь таких. Наконец я подошла к последнему продавцу и поняла, что предыдущие лошади не самые красивые. Здесь были всего два скакуна: конь и кобыла. Но я впервые увидела лошадиных императоров или императоров лошадей, ибо эти двое затмевали собой все остальное. Точнее, императора с императрицей. Черные, как смоль, без единого пятнышка другого цвета они даже стоя выражали великолепную грацию, их осанке позавидовала бы любая модель. Вот только, если шерсть кобылы блестела, словно намазанная гуталином, а затем отполированная, то у ее соседа она была матово черной. Понимая, что цена должна быть заоблачной, я все же решила поинтересоваться на будущее.

— Сколько стоят эти красавцы? — посмотрела на продавца и столкнулась взглядом со старым орком.

А может быть, вообще глубоким стариком, так как волосы у него почти не отличались цветом от моих настоящих.

— Сто пятьдесят золотых, — ответил он, бросив взгляд на мой браслет.

— Это объезженные или нет? — решила я блеснуть своими знаниями.

— Эта порода продается всегда необъезженной. Они признают только одного хозяина — того, кто их укротит, — орк показал мою некомпетентность, но сказал это не обидно, а снисходительно. — Это боевые лошади, — уточнил он. — Можно поинтересоваться, откуда у тебя этот браслет?

— Он вам знаком? — тут же спросила я.

— Верно, поэтому и хочется узнать, — он вздохнул. — Это браслет главы рода. Украсть его невозможно, можно найти или снять с убитого, но в этом случае ты бы не смогла его надеть.

Я и рассказала ему всю историю, что произошла на корабле. Она оказалась совсем короткой, но за это время выражение лица старика помрачнело очень сильно. В конце мне больно было смотреть на него, и очень было жаль этого старого орка. Я решила не отвлекать его от своих тяжких дум, захотелось просто попрощаться с лошадками. Они стояли совсем рядом друг с другом, поэтому я подошла и погладила их по шеям, на что они наклонили головы. Гладя их, я жутко пожалела, что не купила на базаре каких-нибудь фруктов, и тихонько попросила у них прощения. Просто мне казалось, что обманула их — ведь они наклонили головы в надежде схрумкать что-то вкусненькое. И тихонько направилась на выход. Не пройдя и двадцати шагов, я услышала за спиной окрик:

— Стой!

Хелла, княжество Ольтана, город Хелвинг.

Развернувшись, увидела орка, спешащего ко мне, за которым шли лошади. Немного порадовалась за старика, так как он немного просветлел лицом. Подойдя, он сказал:

— Возьми их. Они теперь твои.

— Но у меня нет денег даже на одну лошадь.

— А мне теперь их никому не продать, — впервые на лице орка я увидела улыбку. — Они выбрали тебя в качестве хозяйки. Третий раз в жизни я встречаюсь с таким случаем, что лошадь этой породы выбирает хозяина без объездки. И впервые, что это сделали две лошади, да еще одновременно. Бери, глава рода.

— Так я же ездить совсем не умею, — я замотала головой. — Эй, какая глава?

— Раз ты носишь браслет, значит глава, — невозмутимо ответил он. — А род, род Казанрык, что означает Идущие-по-сумеречной-тропе. Несколько лет назад я передал его, — он посмотрел на мою правую руку, — своему сыну, но он ушел от заветов предков. Мы всегда славились вот ими, — и старик с любовью посмотрел на лошадей, — но сын выбрал другое ремесло, за что и поплатился. А я благодарен тебе воительница за избавление меня от позора.

— Да, ладно, — смутилась я и, кажется, покраснела. Хороший этот старый орк. — Но ездить от этого я не научусь.

— Не переживай, я научу тебя, как правильно сидеть, а дальше уже сама. Эти лошадки идут очень ровно и, поняв, что ты ездок не очень, будут стараться всячески помогать тебе. А сейчас необходимо седло приобрести, и я могу тебе помочь с этим делом. Еще хочу представиться Агыр ак Казанрык или Агыр из рода Идущих-по-сумеречной-тропе.

— Света Темная, — представилась я и увидела, как в изумлении расширились его глаза.