— Мы с тобой ещё не закончили. Кобылка. — услышал он довольно бодрый голос. Это его ввело в ступор. Так не бывает. После удара, нанесённого даром богов, никто не выживает.

Громкий смех Атли на миг перекрыл гогот всей толпы.

Не выдержав эмоций, глава клана бросился на парня с занесённым топором над головой. Удар топора ушёл в молоко. Крэна на том месте уже не было, а скорость, с которой он ушёл из-под удара, никак не укладывалась у него в голове.

Увидев яростные глаза соперника и ту силу, что он вложил в удар, я уяснил для себя: мне никак не хватит сил просто-напросто сдержать удар такой мощи. Мужик-то он здоровый, и если попадёт, то всё, пиши пропало. Пришлось уйти влево, но получилось это как-то уж слишком быстро. Вместо того чтобы сделать один шаг, я, судя по расстоянию, на котором оказался от Риза, сделал все три.

Гнев затмил ему взор. Наглец посмел насмехаться над ним. Тем, кто должен править этим лесом. Крича пуще прежнего, он вновь бросился в атаку. Удар топора явно метил мне в шею, в надежде срубить голову, но что-то пошло не так.

— Как?! — только и смог произнести он неверующим голосом.

Когда я отбил удар топора своим мечом, а самое странное для него — то, что лезвие меча после этого осталось на месте.

Я же, воспользовавшись очередным замешательством противника, нанёс два быстрых удара. Первый оставил рану на предплечье, а вторым я проткнул ему живот. Далее резко отскочил назад, уворачиваясь от топора.

Воины, наблюдавшие за поединком, не видя лезвия молекулярного ножа, недоумевали, почему парень не добил своего противника.

Он стоял на коленях, а из ран вместе с кровью утекала жизненная сила. Топор так и оставался не выпущенным из рук.

Тишина стояла мёртвая. Никто не кричал, не возмущался и не грозил отомстить мне за своего главу клана.

— Ты признаёшь своё поражение? Я старался говорить так, чтобы слышали все.

В этот момент случилось то, чего никто никак не ожидал. Из толпы в круг выпрыгнул Моди, оказавшись за спиной Крэна. Он замахнулся мечом, намереваясь проткнуть парня, и ему бы это удалось, если бы не Шим. Когда Крэн среагировал на окрик Ёнки и начал разворачиваться, Моди уже оседал на землю с пробитой ножом шеей.

Я благодарно кивнул своему спасителю, а затем повторил: «Ты признаёшь своё поражение?»

— Д-да, — изо рта поверженного врага на землю прыснула кровь.

Я передал меч Ёнки, а сам подошёл к стоявшему на коленях Ризу. Встав перед лицом умирающего противника, я неспешно, но так, чтобы слышали все, заговорил. В это время в моей руке проявлялся лук, озаряя всё вокруг себя и меня яркими вспышками и всполохами молний.

— За предательство своего народа, за сговор с пустынниками, целью которого было истребление всего живого в лесу. Я, Крэн, сын Каджи, истинный носитель дара богов, отправляю тебя в лабиринты мёртвых. Где ты будешь бродить вечно, а убитые тобою люди и те, кто умрёт в шахтах, после своей смерти, встречая тебя в коридорах смерти, будут рвать на куски твою душу.

Ну а что тут такого? Захотелось немного покрасоваться. Тем более получилось здорово, вон с каким страхом на меня смотрит тот же Атли с Варди.

С каждым моим произнесённым словом глаза Риза расширялись. Он явно представил тот ужас, что его ждёт. Да и толпа, видя Юси в моей руке и осознавая сказанное, откатилась от нас.

Натянув тетиву с наложенной на неё белой стрелой из чистой энергии, я выстрелил. Она прошла насквозь грудь несостоявшегося владетеля лесов Медонии, пробивая сердце, и, появившись за спиной, истаяла в воздухе. Мой соперник мешком повалился на землю, выронив своё оружие. Я подошёл и изъял нож из рукояти топора, вешая себе на пояс.

Дальше началось твориться ужасное. Тишину нарушили все разом. Кто орал проклятия в мою сторону, кто-то начал махать мечом. Послышались звуки битв, люди начали выяснять отношения. Более хитрые побежали в главный зал грабить покои Риза. Некто Хрут заявил о праве на место лидера клана «Кровавые камни». Шаман Огнар, стоявший с ним рядом, поддерживал того выкриками: «Хрут достойный воин, боги на его стороне», но я уже ничего не хотел слушать. Я желал забрать своих спутников и покинуть лес.

Эпилог.

Через два дня после победы Крэна.

Наступил вечер. Я сидел в медовом зале в окружении людей, смотревших на меня по-разному. Кто-то с уважением, другие с завистью — это про Дьярви. Доктор Куори, как всегда, задумчив, но при этом очень рад тому, что я остался жив. Ёнки с парнями до сих пор обсуждают мой поединок, и с каждой минутой он обрастает всё новыми и новыми подробностями. Как только у них это получается. Им бы в менестрели податься с такими-то талантами.

Моригару сидит за соседнем столом, делая вид, будто увлечена разговором с сестрёнкой Кулкана. Атли и Варди остались решать вопрос с новым главой клана «Кровавые камни» Хрутом, а ближе к концу вечера ко мне подошёл Кулкан и позвал на разговор.

— Мы можем с тобой поговорить? — настроен воин явно на серьёзный разговор.

— Конечно, можем. Здесь или?..

— Или, — ответил Кулкан и направился по коридору в направлении моей комнаты. Мы вошли, и я сел на кровать, а Кулкан, закрыв за собой дверь, опёрся об неё и, решительно взглянув на меня, задал вопрос: