Ну вот кто мне мешал всё разузнать у местных? Почему бы тщательно не расспросить Атли или Варди, а уж после отправляться геройствовать? Нет, мы же все такие из себя. Я ругал их и себя.

— Это не проблема, — отозвался радостный Юси. — Ведь сегодня в этом лесу мы соберём мно-о-го энергии, — протянул довольным голосом артефакт.

— Юси, а сейчас ты опять потираешь свои ручки и мерзко хихикаешь? — Не-а, зачем мне это делать, я же не человек, — произнёс Юси неуверенно, словно поймали на горяченьком.

— Да-да, так и делает, — Галлинария сдала Юси. — А ещё глазки бегают туда-сюда, быстро-быстро.

— Нам в ту сторону, — указал рукой мой новый спутник на большой куст. — За ним недалеко находится тропа, по ней и пойдём. Пройдём напрямик через земли уничтоженного клана, — договорив, Кулкан зашагал сквозь огромный куст с колючими ветками, аккуратно раздвигая их копьём.

Глубоко вздохнув, я двинулся вслед за ним, предчувствуя наш нелёгкий путь. А наш путь лежал через земли клана, некогда уничтоженного человеком с даром богов в руках. Кулкан рассказывал эту печальную историю, проклиная носителя, при этом не догадываясь, кто идёт с ним рядом.

— Расскажи, пожалуйста. Почему все так восхищаются «великим воином», пришедшим из-под горы? Почему бы и не воспользоваться моментом и не порасспрашивать?

— В двух словах всего и не расскажешь, — похоже, не было у него никакого желания вспоминать те дни.

— Да вроде со временем проблем у нас нет, — не отставал. Ну а что интересно же.

— Тем более ты сам же говорил, топать до них две ночи как минимум. Надо будет пытать, чтобы он заговорил, будем пытать. Шучу. Но послушать историю хочется, уж больно любопытно, что да как. Наверняка Кулкан что-нибудь да знает.

— Ладно, расскажу. Когда он пришёл, то нарвался на наш патруль. Тот состоял из трёх хороших и опытных воинов. Патрульные попытались остановить и сопроводить его к Атли. Идиоты, — ухмыльнулся Кулкан. — Гость им так настучал, что мужики с месяц в себя приходили. Кому руку сломал, кому-то челюсть. Самое смешное, он всё равно пошёл в клан, помогая тащить Керка. Представляешь, он ему кулаком ногу сломал, одним выверенным ударом. Хрясь, и нога болтается.

В клане гость надолго не задержался. Побыл какое-то время и свалил после того, как турнир кланов выиграл. Многие главы после ему дочерей своих сватали, а он ни в какую. Твердил всем про какую-то ла-ба, лаб-рат, лабарато…

— Лаборатория? — сообразил я.

— Да точно, — воскликнул Кулкан. — Лаб… — Так и не сумев выговорить, здоровяк махнул рукой и продолжил рассказ:

— В общем, туда ему очень надо. По окончании турнира некоторые кланы обиделись из-за того, что он отверг их предложения. Прислали к нему своих дуболомов. Захотели показательно поколотить. Раз он не входит в наш клан, то бить можно. Убивать нельзя, всё же он наш гость, а морду набить — это пожалуйста. Да только вышло всё с точностью до наоборот. Мы в тот день сначала хотели помочь ему, но не успели. Пока подбежали, он им всем сломал руки и отправил обратно в свои земли. После этого ещё несколько раз приходили от других кланов, но мы не лезли со своей помощью. Так уж, выходили посмотреть на представление и обратно в зал пить. Потом их даже как-то жалко стало. Стоят такие уверенные, грозные, слова говорят, слюной брызжут и всё такое, а «воин из-под горы» бац с ноги, и самый говорливый лежит, остальные же глаза вытаращили и не могут понять, что произошло. В последний раз народ из зала не вышел. А смысл? Не успеешь кружку допить, а все уже лежат, никого интереса.

«Между ними что-то произошло, такое ощущение, будто он им восхищается, но в то же время недолюбливает. Ладно, захочет — сам расскажет.

Перед тем как уйти, он большую часть времени бродил по лесам. Искал следы человека с даром богов, от рук которого сгинул клан. Не найдя следов, он отправился дальше. В эту самую, ну как там её... — пощёлкал Кулкан пальцами, силясь вспомнить.

— Лабораторию.

— Ну и слово, — сплюнул здоровяк, — не выговорить и не запомнить нормально. Кулкан сделал пару попыток выговорить, затем, в очередной раз плюнув, стал рассказывать дальше:

— Так вот. Он пообещал, как дела свои закончит, обязательно вернётся. Мол, есть у него огромное желание потолковать с тем человеком. Прошло почти восемь зим, и пока ни слуху ни духу. Скорее всего, сгинул или забил на свои слова.

Мы шли по хорошо утоптанной тропе. Идти было одно удовольствие. Птички поют, роса на траве, лучи солнца сквозь деревья пробиваются, красота, не иначе. Прошагали мы так до самого вечера. Разместившись на небольшой полянке между двух деревьев на ночлег, развели костёр. Взяв лук в руки, я намеревался сходить на охоту. Батончики есть, мне совсем не хотелось их есть.

— Крэн, наверх глянь, — обратил моё внимание Кулкан на сидящую птицу на дереве возле которого мы устроили привал.

— И чего она не улетает? — изумился я такому поведению птицы. Совсем непуганые? Ну да ладно, мне же лучше, бегать и искать не придётся. Подстрелив птицу, передал её Кулкану. Я-то вообще не в курсе, чего с ней делать, примерно знаю, но провозился бы куда дольше, чем он.

Я сидел, подкидывая хворост в костёр, завороженно наблюдая, как за какие-то пятнадцать минут Кулкан общипал птицу, распотрошил, посолил и повесил жарить тушку над костром. Одно обидно. С виду такая большая, а как перьев лишили, то тушка птицы будто на диете годами сидела.