– Понятно. Так что ты хотел? Могли бы и по телефону обговорить, если так срочно.

– Вань, я бы хотел тоже поучаствовать в ваших Зимних Играх.

Это меня удивило. С момента проведения Летних Голодных Игр прошло уже несколько месяцев. Зимние мы хотели провести в феврале, так что времени оставалось всё меньше. Все жёны, мои главы дистриктов, активно вели подготовку к этому мероприятию, а мои личные подопечные тренировались в основном под руководством Ильи и Николая. Сам я редко когда бывал на арендованном Гисеоном полигоне для пейнтбола, но конечно раз пять принимал участие, всё-таки на Играх я ими буду руководить.

Учитывая серьёзность наград, желание поучаствовать высказало восемьдесят процентов коллектива. Мы решили, в отличие от Летних Игр, зимой ввести предварительный отборочный этап, в котором все должны будут принять участие, а не тянуть, как прошлый раз, спички. Бывший пионерлагерь на Еловом активно перестраивался и оборудовался. Настоящее строительство там начнётся в следующем году, дай бог летом, а пока шла разработка проектной документации, так что этой зимой нам ничто не мешало использовать эту площадку повторно для нашего тимбилдинга.

– Ты уверен? Тренировки то частые, Илья спуску никому не даёт. Тебе блата не будет, а мои уже прилично натренировались, тебе тяжело придётся, чтобы команду не подвести.

– Вань, я же не маленький. Буду стремиться. Классно ты придумал, я о таком и в Москве не слышал.

– Многие так делают.

– Не знаю, мне не везло. Может сбер, либо газпромовцы. Но где они, и где я?

– Наверное, я деталей не знаю. Слышал где-то краем уха о таком. Ладно, если хочешь синяков, я не против.

– Ты об этом Илье скажи, это он меня не берёт. Так бы я и без тебя уже начал тренировки.

– Не знал. Это он молодец. Хорошо, я поговорю с ним. Ты тут как вообще? В коллектив влился?

– Да, всё в порядке. Люди у тебя хорошие. Ко мне, конечно, поначалу косо относились, но сейчас полегче стало. Ну ты, конечно задал маху, и мне ничего не говорил. Я ж там в Москве думал, что ты ветеринарной клиникой живёшь.

– Всего не говорил. И ты не распространяйся. Не хочу, чтобы обо мне слухи в родне пошли, не до того.

– Сам решай, я как рыба, - брат провел по губам пальцем, как бы показывая, что закрыл рот на молнию.
– А где ты себе баб то таких нашёл?

– Не баб, а жён!

– Так ты женился?!

– Неофициально, но это дело не меняет. Именно жён, так что и относись к ним соответствующе, а то ишь ты - "баб". Могу в следующий раз и обидеться.

– А мама знает?

– Не о всех. У меня недавно четвёртая свадьба была, тоже неофициальная.

Брат, услышав о моём многоженстве, прикрыл глаза. Ему и одной оказалось много, учитывая, как после развода, он быстро переехал в Челябинск.

– Слав, у меня дел по горло, - не стал я дальше расписывать свою личную жизнь.
– Если у тебя всё, то я пойду.

– Да Вань, не буду тебя отвлекать. А кто четвёртая? Инга?

– Нет.

– Жанна?

– Слав, достал уже. Люда это, ты её видел, она у меня заведует медицинской темой.

– Это та низенькая китаянка?

– Кореянка она, и то наполовину. Всё, иди уже. И держи рот на замке, мне сплетни не нужны.

Когда брат вышел из кабинета, я откинулся в кресле. Знал бы он, что у меня, и пятая скоро появится, то посчитал бы меня озабоченным. В принципе, так и есть, если приглядеться. Нормальному мужику и одной жены выше крыши. Но где те нормальные, и где я? Симбионт все мозги мне пересинхронизировал, ёлки-иголки.

– -------------------------------------------------------

Суббота

После многократного пересечения туда и обратно нашего олимпийского бассейна, я устало залез на бортик и сел на мокрый кафель, опустив ноги в воду. После моего указания сиденье подо мной высохло и стало куда более мягким, а за моей спиной появилась невидимая опора, на которую я с удовольствием облокотился. Мне требовалось немного восстановить силы, перед тем, как пойти на тренировку Ловкости.

Расслабившись, я полуприкрыл глаза и вытащил из Инвентаря свою медаль, чтобы разглядеть её получше. Так с момента награждения её толком и не рассмотрел, не до того было.

Открыв коробочку, я вытащил висюльку и решил посмотреть на неё на вытянутой руке. Однако после закончившегося занятия на Выносливость, мышцы ещё были слабыми, уставшими, отчего медаль я выронил. Булькнув, она скрылась под водой, а я матюкнулся. Лезть обратно под воду не было никакого желания.