— Блджад, зато я не рад! Знаете, что будет, когда вернется мой отец? Между прочим, он бывший «котик», он всегда вооружен и если застанет вас тут… Вы в курсах, что он вас просто порвет, уроды?! Чего вы до меня домахались?!

— Тони, доставай лампу.

В руках стройного появилась лампа, но, вопреки ожиданию, не паяльная.

— Это ультрафиолетовая лампа, — сказал старик зловеще, глядя мне в глаза.

— Ты что, санитарную обработку тут провести решил, старый пердун?.. Постойте… — тут мое лицо начало вытягиваться. — Вначале кресты, потом ультрафиолет… Э, алё, вы тут в охотников на вампиров поиграться решили, упоранты хреновы?! Вы трое, вы в своем уме?! У старого хрыча Альцгаймер, с него спросу ноль, но вы для этого недостаточно стары!

Троица хранит зловещее молчание: дисциплинированные псы.

Старик прокашлялся.

— Владислав, понимаешь, у меня мало времени на все эти игры. Давай поговорим, как взрослые деловые люди. Ты уже знаешь, что я знаю, кто ты такой, потому давай начистоту. Ты вампир, не правда ли?

— Ты болен, кретин! Все это сказки для тупой деревенщины и сопливых девчонок!

— Ты вампир или нет?

— Маразм крепчает, да?

— Не заставляй Тони посветить на тебя лампой.

— Ну посвети, идиот! Ты вообще в курсах, что я каждый, сука, день хожу в школу? С утра и до обеда!

— Ну, может это твой двойник ходит, как там он у вас называется? Гуль, да?

Я тяжело застонал.

— Ты начитался Энн Райс? Слушай, как насчет отлепиться от меня и пойти расспрашивать ее, а не меня?

Дон Луиджи вздохнул:

— Она уже умерла.

— Черт… Не знал. Только я ничем не могу тебе помочь, это она придумала всю эту чушь, а не я! Господи боже, да какая муха тебя укусила, старый пердун?!! Что это за цирк, блджад?! Какого хрена вы ко мне прилепились?!

— Замечательная актерская игра… но сценарий маленько слабоват.

— Э-э-э… че, блджад?! Какой еще сценарий?!

Старик снова прокашлялся и пояснил:

— С каждым словом ты выдаешь себя все больше и больше. Мы вышли на тебя, когда ты ломанул наш склад в соседнем городе, Питерсвилле…

— Вы в своем уме?!

— … и выволок баул с баксами. Ты попал на камеры, один в один ты. С баулом ты упетлял по пересеченной местности похлеще Усэйна Болта, ночью, ни разу не споткнувшись. И у тебя фонаря не было даже.

— Ну трындец!! Я что, похож на Усэйна Болта?!!

Старик поудобнее сложил руки на груди, постукивая стволом пистолета по рукаву, и сказал:

— Да, хорошо играешь. Но сценарий неуместен и наивен.

— Какой сценарий, блджад?!

— А ты взгляни на нас со стороны. Вот сидит дон с пистолетом, вот сидит подросток-школьник, прикованный наручниками… Ты знаешь, тут были бы уместны слезы и сопли, а ты кроешь меня почем зря, как не всякий боцман умеет, и совершенно не боишься смерти. Дай угадаю, ведь пистолет тебе совершенно нипочем?

— Ты идиот! Ну давай, пальни в меня, проверь свою догадку, урод старый! Тебе один хрен через недельку в гроб ложиться, а вот твой внучок-сучок сядет как соучастник на пожизненно!

Он усмехнулся.

— Знаешь, что еще подозрительно? Ты ни разу не отрицал моих слов. Тони, у тебя память посветлей моей, Владислав хотя бы раз ответил что-то типа «нет, это был не я» или «нет, я не вампир»?

— Нет, дедушка Луиджи, — ответил Тони, — он ни разу ничего прямо не отрицал.

— Забавно… Владислав, я уверен, что ты вампир. Я прав?

— Ты болен.

Он усмехнулся.

— Ты снова не сказал «нет, я не вампир». По какой-то причине ты не можешь отрицать истинные утверждения.

— Че, серьезно? А смысл отрицать твой бред? Ты мне сразу поверишь, если я скажу, что я не вампир? Ты просто больной идиот, задающий идиотские вопросы!

— Владислав, сколько тебе лет?

— А на сколько я выгляжу, кретин?!

— Снова нет прямого ответа. Давай так, тебе больше пятидесяти?

— Тупой вопрос!

— Тебе больше сотни? Да или нет?

— Еще один тупой вопрос! Ну подкатись поближе, пощупай мой пульс, температуру кожи — я что, похож на мертвеца, кретин?! В рот мне загляни, на клыки посмотри, можешь зеркало поднести, проверить, отражаюсь ли я в нем! Лампой своей посвети, что ли!

— Ну ладно, Тони, посвети, только на руку.

Тони выполнил это распоряжение и даже как-то расстроился.

— Ну что, убедился, кретин? Чего ты ждал, епта?! Что я вспыхну и в пепел обращусь?! А теперь сделай всем одолжение и свали к чертям, пока не вернулся отец!