Щаз с двумя «з». Крыс я категорически не люблю, и уничтожаю, как только вижу. А уж тем более пытавшуюся перегрызть мне горло со спины. Так что тело мужика теперь валялось в поле рядом с переломанной пополам двустволкой — в дело этот слонобой не годился. Дерьмо дерьмом, как и его покойный хозяин. Ничего, пообедает им какой-нибудь монстр, кому по вкусу крысятина.

А вот теперь у меня по дороге начались приключения. В виде стаи каких-то существ похожих на волков, которые, завидев меня, бодро рванули наперерез. Я даже спешиваться не стал, вскинул винтовку к плечу и разделался с ними с большой дистанции. Меня иномирная волчатина не интересует. И это все? А где же желтая зона на моей земле? Что-то непохоже. Или теперь это она и есть? Повывели большинство за прошедшие пять лет? Дилетанты, блин. С таким же успехом можно город было красным закрасить, там двуногие монстры наверняка по пьяни совершают больше убийств, чем иномирные твари.

Так что еще через полчаса я был у своего поместья. Ну надо же, все устояло! Хотя, учитывая то, что здесь его охраняло, то монстры должны креститься и обходить его стороной.

Я со страшным скрипом открыл заржавевшие ворота в высоком кирпичном заборе и завел мотоцикл внутрь. Все прошло намного более гладко, чем я рассчитывал. Или мне просто повезло? Не знаю, должно же когда-нибудь…

Я отпер дверь дома и вошел внутрь… И тут же оказался на полу от сильного толчка, а надо мной лязгнули впечатляющих размеров клыки. Вот засада…

Упырево, поместье графа Константинова

На меня смотрели оранжевые глаза, в которых плескался адский огонь. А клыки были близко, слишком близко от моего лица. Казалось, еще чуть…

— Я тоже рад видеть тебя, Лами, — сказал я, плотно прижатый аппетитными бедрами к полу.

Клыки спрятались, но адский огонь никуда не делся. На мне в позе наездника сидела красавица, вызывающая дикое и непреодолимое желание. Впрочем, за последние три сотни лет я ему не поддался, не поддамся и сейчас. Потому что это смертельно опасно, даже для меня.

Неожиданно она выпрямилась, ударила меня кулачками в грудь, и… заплакала!

— Пять лет, пять долгих лет! Где ты был, Джованни? — сказала она на итальянском.

— В гробу лежал. С дыркой в груди и кинжалом в сердце. Ты же знаешь наши обычаи.

— Если бы ты взял меня с собой, этого бы не случилось!

— Я берег тебя, глупышка! — погладил я ее по руке. — А то бы сейчас служила какому-нибудь другому альфе, который не был бы столь щепетилен, — сказал я ласково.

— Все равно, эти годы я тебе не прощу!

Это точно. Нет, не то, о чем вы подумали. Лами была суккубом, то есть действительно настоящим демоном, не простой нежитью. Высшим демоном.

Я выиграл ее в манкалу у главного евнуха турецкого султана, который неосторожно заявил, что ни один белый никогда не победит его в этой игре и еще более неосторожно поставил на кон суккуба.

Вообще, конечно, мне стало жалко девушку, если так ее можно было назвать. В силу своей природы и положения доставалось ей от хозяина по полной. Как мне потом она рассказывала, это существо любило после обкурки гашишем раздеваться донага и хлыстать ее магическим золотым хлыстом, вымещая свою немощность на демоне, чья сущность жаждала совершенно другого. Ее поймали берберские колдуны, привязали к магическому артефакту и продали любителю диковинок кизляр-аге, который ее использовал не по назначению.

А назначение у нее было одно — тоже в силу ее природы. Она пила души или жизненную энергию примерно так же, как я — кровь. Ну а уж секс с ней был абсолютно смертельным занятием, поэтому мы им и не занимались.

Самое интересное, после того как я выкупил ее и освободил, она по своей воле решила остаться со мной. Я, конечно, удивился — что это вдруг высший демон решил пойти в услужение к высшему вампиру — но виду не подал. И остался доволен. За последние три сотни лет мы пережили много ситуаций, прекрасно дополняя друг друга. Так что она скорее мой партнер и боевой товарищ, а не слуга.

— Я бы сейчас с удовольствием тебя выпила, чтобы наказать за столь долгое отсутствие, — ее глаза зло сузились. — Но не буду.

— Ты прямо как ревнивая жена, — хмыкнул я. — Хотя понять тебя и можно. Но и ты меня пойми.

— А не надо было меня привязывать к дому, — зло, но уже не так, сказала она.

Да, с одной стороны это так, с другой — я бы не пережил, если бы ее увели или окончательно развоплотили. Альфы это сделать могли.

Я вошел в гостиную, поколдовал с сейфом, вынул оттуда старинное золотое кольцо и надел на палец. Провел над ним ладонью и прошептал заклинание.

Кольцо Призыва имело для Лами неприятную особенность — пока оно активировано, она не может уйти в нижние миры, ее родные места, а также навредить владельцу кольца. Максимум — отлучка радиусом на километр и никаких нижних миров. Так старый евнух ее и держал, не позволяя никуда деться и не потерять свою оставшуюся единственной верхнюю голову. Так же в последний раз перед уходом запер ее здесь я. Впрочем, второй артефакт, шедший в комплекте — золотой хлыст — я ей просто подарил еще тогда, на память.