Войдя в палатку без доклада обнаружил внутри хозяйку, великую княгиню, обоих её подруг, у Лизы забот полон рот, полковника Уфимцева и весьма занимательного кадра лет пятидесяти. Если судить по его десятому рангу, то представитель казацкой старшины. Ну вот так у меня теперь, на автомате прощупал его, чтобы быть готовым к неожиданностям. Хорошая, я считаю, привычка вырабатывается.

В остальном, зрелый харизматичный мужик, привлекательной наружности, с чёрными как смоль волосами, и пробивающейся на висках сединой. Уверенный волевой взгляд, держится с достоинством, как человек привыкший отдавать приказы, которые незамедлительно выполняют. Высокий, крепко сложённый и, в то же время, гибкий как лоза, вот такие эпитеты напрашиваются.

Одет в дорогой кафтан, пояс с золотыми и серебряными накладками, за который заткнуты пистолеты. Вообще-то самое настоящее произведение искусства. Украшены жемчугами и серебряной насечкой. Сабля и кинжал с самоцветами, на шее ожерелье, где я без труда рассмотрел парочку весьма крупных бриллиантов. Понты как они есть, да и только. Кавказ моего мира отдыхает.

— А вот и Пётр Анисимович. Как сходили? — встретила меня Мария.

— Более чем удачно, ваше высочество. Эскадра от Азова подалась в море, где и встала на якорь. Два фрегата у причалов легли на грунт, снаружи только мачты остались. Даже если турки захотят чего пожечь, много бед не наделают. Так что, можно сказать, что начало нашему флоту положено.

— Не кажи гоп, пока не перепрыгнешь, сударь, — хмыкнул казак.

Я глянул на гостя, и склонил голову на бок. Хамством на эту выходку отвечать не хотелось. Глупо же. В конце концов передо мной стоит зрелый муж, представитель казацкой старшины, а я всего лишь безусый юнец, расхаживающий гоголем. Вот и позволяет себе немного лишнего. Но и спускать подобное, решение так себе.

— Я всегда беру на себя ровно столько, сколько могу унести, сударь, — улыбнулся ему в ответ.

— Войсковой атаман Войска Донского Ефремов Степан Давыдович. Мой первый советник Ярцев Пётр Анисимович, — представила нас Долгорукова.

Я обозначил долженствующий поклон, а атаман лишь легонько вздёрнул бровь, словно хотел сказать, так вот ты каков взлетевший из грязи в князи. Потом глянул на Марию, и было в этом нечто оценивающее, словно он прикидывал какие у него шансы подвинуть молокососа. В ответ Долгорукова окинула его холодным безразличным взглядом. Вот как это ей удаётся! Я словно воочию увидел непреодолимую пропасть между ними.

— А что, байрактары из Азова? Нешто тебе не помешали корабли топить? Не похоже это на них, — вновь глянув на меня, как ни в чём не бывало поинтересовался Ефремов.

Осадить-то Мария его осадила, но не похоже, чтобы так уж сильно. У донцов, как и у татар бабы одарённые слова не имеют и в сечу не лезут. Потому и отношение к этому племени особое. Домашний очаг, вот её удел, а дар это на случай беды, чтобы гнездо своё сберечь. И ведь я точно знаю, что татары уж не раз обжигались, когда брали в оборот казалось бы простую станицу, где из мужиков оставались только старики да дети. Несолидно быть битыми бабами, но случалось, факт.

Только статус женщин у казаков это ничуть не подняло. Знай своё место, и точка. Но сейчас он предпочёл отступить. Казаки многое переняли от татар, и отступление в Диком поле далеко не всегда бегство, а зачастую всего лишь тактический приём.

— Вы о двух высокоранговых янычарах? — в свою очередь спросил я.

— О них, — с прищуром, подтвердил атаман.

— С того света докучать нам не больно-то и удобно.

— И кто их приголубил?

— Я с моими компаньонами.

— О как! Силё-ён.

— Так, самую малость, — скромно пожал я плечами.

— Степан Данилович, я вам искренне благодарна, за предупреждение, как и за весть о готовности казацкой старшины драться с нами плечом к плечу. Пока отдохните с дороги, о вас и ваших людях позаботятся. А мы обсудим сложившуюся ситуацию и сообщим вам моё решение.

Казак не стал упираться рогом, хотя весь его вид говорил, мол чего тут думать да решать, следует делать как он сказал и никак иначе. Мне откровенно стало интересно, что же такое он сообщил. И таки да, Уфимцев стоит отрешившись, и вперив взор в расстеленную на столе карту. Не те кроки, на которые я всё время ругаюсь, а на… Другие кроки, но выполненные более качественно. Вот некогда мне было заниматься картографией, однако то, чем мы сейчас пользовались отличалось точным соблюдением масштабов.

— О чём речь? — когда атаман вышел из палатки поинтересовался я.

— Армия Батал-паши в полутора днях от Азова, — ответила Мария.

— Это точно?

— Судя по всему, так оно и есть, — подтвердил Уфимцев.

— Но если так, то наша воздушная разведка не может не обнаружить передвижения такого большого количества войск, — возразил я.

— Забыли как вы потеряли из виду армию Мехмеда? Ногаи хорошо знают местность и вполне способны использовать её складки, чтобы скрываться от нашей воздушной разведки, о которой они уже наверняка знают. Впрочем, это может быть и непреднамеренно.