–  Он не может подойти, - сказала девушка.

–  Почему?

–  Кажется, он умер, - сказала она.

–  Адель?

–  Да.

–  Адель, нажми, пожалуйста, кнопку и впусти меня, - сказал я.

–  Кнопку?

–  На домофоне, возле двери, где-то там.

–  А кто вы? Полиция?

–  Сообразительная девочка, - сказал я.
–  Открой дверь.

Я услышал щелчок и замер, прижав трубку к уху и не спуская глаз с дорожки, где в любой момент мог появиться охранный патруль. Затем послышалось жужжание. Я повесил трубку, и мы вошли в вестибюль. Квартира Пираннеса находилась на шестнадцатом этаже. Через двадцать секунд мы были наверху и бежали по коридору. Эймс почти не отставал от меня, несмотря на длинный плащ, ружье и тридцать лет разницы в возрасте. Дверь квартиры Пираннеса была заперта. Я постучал один раз, потом еще.

–  Кто там?
–  спросила Адель.

–  Ты только что разговаривала со мной по домофону. Открой дверь, Адель.

–  А вы кто?
–  сказала она.

–  Я друг твоей матери.

–  Моя мать умерла.

Голос у нее был совсем как у ребенка.

–  Я знаю. Кто тебе сказал?

–  Мистер Пираннес. Ему кто-то позвонил, и он сказал мне. Кому надо было убивать мою мать?

Девочка плакала.

–  Я думаю, гораздо лучше будет поговорить об этом в квартире.

–  Я могу отстрелить замок, - спокойно предложил Эймс.

–  Слишком много грома.

–  Но ничего лучше мы не придумаем.

–  Адель, - снова попробовал я, надеясь, что соседи нас не слышат, - Пираннес мертв?

–  Кажется, да, - ответила она.

–  Мы разберемся с этим, - сказал я.

–  Мы?
–  спросила она.

–  Я и еще один друг твоей матери. Меня зовут Лью Фонеска. Моего друга, тоже друга твоей матери, - Эймс Маккини. Я знаю Салли Поровски, мы с ней друзья.

Последовало долгое молчание. Не оглядываясь по сторонам, Эймс достал из-под плаща ружье и направил его на дверь.

–  Я выстрелю, а ты просунешь руку и откроешь, если дверь не откроется сама, - сказал он.

Дверь открылась прежде, чем он успел выстрелить.

Увидев направленное на нее ружье, девочка отступила назад, закрыла лицо руками и заплакала.

–  Все хорошо, - успокоил я ее.
–  Эймс не собирается в тебя стрелять.

Худенькая испуганная девочка с растрепанными волосами стояла босиком посередине абсолютно белой комнаты. Мебель, стены, ковры - все было белого цвета. Казалось, она играет в переодевание. Старомодное платье из красного гипюра, слишком тесное для нее, помада размазана, тушь - сплошное пятно на левом глазу и подтек под правым. Эймс опустил ружье.

–  Мне холодно, - сказала она.

В комнате было тепло, но Адель дрожала. Эймс сделал шаг к ней. Она отступила, всхлипывая и пытаясь защититься руками от неминуемого, как ей казалось, нападения. Эймс снял свой плащ и набросил девочке на плечи.

–  Так теплее?
–  спросил он.

Она отняла руки от лица.

–  Кажется, да.

–  Где Пираннес?
–  спросил я.

Она указала пальцем с ярким маникюром на белое кресло, повернутое к окну.

–  Я развернула его, - сказала она.
–  Я не хотела смотреть. Я увидела кровь и...

Эймс отвел девочку к дивану и усадил ее. Я подошел к креслу, на которое указала Адель, и взялся за спинку. Кресло повернулось. В нем сидел хорошо одетый темноволосый мужчина с седеющими усами. Он удивленно смотрел на меня. В голове у него была дыра, белое кресло залито кровью.

Я стоял, глядя на труп, и понимал, что должен что-то сделать, позвонить в полицию, попросить детектива Эда Вивэза и рассказать ему правду. Может быть, он поверил бы мне. Но если бы я был коп, а он - служащий по доставке судебных повесток, который обнаружил второе убийство за одни сутки, я бы не поверил.

–  Это не он, - сказал Эймс позади меня.

–  Что?

–  Это не Пираннес, - повторил он.
–  Я встречался с Пираннесом, когда меня судили. У нас был один и тот же адвокат.

–  Адель, - позвал я.

Она сидела на диване, закутавшись в плащ Эймса, но по-прежнему дрожа.

–  Адель, ты сказала, что Пираннес умер.

–  Да... Вы же сами видите.

–  Все-таки посмотри на него, пожалуйста.

–  Нет, я не могу.

–  Это не Пираннес, - сказал я.

–  Это он!
–  вскрикнула она.

–  Это не он, девочка, - вмешался Эймс.

Адель встала и подошла. Эймс поддерживал ее.

–  Спилц, - прошептала она, взглянув на тело.

–  Спилц?
–  переспросил я.

–  Я думала, это... Я услышала выстрел и увидела кровь. Я развернула кресло, не глядя на него, и потом... и потом сидела, пока вы не позвонили. Что он здесь делает? Где мистер Пираннес?

–  Как давно ты слышала выстрел?

–  Не знаю.

–  Где ты была?

–  В спальне.
–  Она показала на дверь позади себя.
–  Кто-то позвонил в дверь. Мистер Пираннес велел мне оставаться в кровати и вышел. Они немного поговорили. Я хотела принять ванну или посмотреть телевизор, но боялась, что он вернется и...