— Нет.

— Отлично. Тогда увидимся. — Не сказав больше ни слова, я повернулся и пошел прочь.

— Форд, — крикнула она мне в спину.

Я проигнорировал ее и просто продолжал идти.

Глава 6

Милли

— Мне нужно идти, — сказала я Отем в третий раз. Мой телефон был зажат между плечом и щекой, когда я поспешила выключить компьютер и выйти из офиса.

Форд не позволил мне отказать ему на благотворительном вечере, но я никак не могла встретиться с ним, чтобы выпить после работы и поговорить.

— Подожди, — сказала она. — Я почти закончила. Итак, мы закончили есть, а потом он отвез меня домой и…

— У вас был секс. Ты мне это уже говорила.

— Говорила?

— Да. Это было первое, что ты сказала, когда я ответила на телефонный звонок. Ты сказала: «Прошлой ночью у меня был секс.». — Прошло много времени с тех пор, как я говорила ей то же самое. Тринадцать месяцев. Я считала.

— Все было просто хорошо. — Она вздохнула. — У меня был только один оргазм.

— Что ж, ты меня превзошла. — Единственные оргазмы, которые я испытывала в последнее время, были благодаря моему вибратору. — Я вешаю трубку. Пытаюсь уйти отсюда пораньше. Перезвоню тебе позже.

— Ладно, хорошо. Пока.

— Пока. — Я закончила разговор, вытащила сумочку из нижнего ящика стола, затем сунула туда телефон, прежде чем перекинуть ее через плечо. Оно казалась тяжелее, чем утром, хотя я не прикасалась к ней с тех пор, как убрала ее около половины седьмого.

Этим утром я пришла пораньше, чтобы поработать с несколькими электронными письмами. Затем я с трудом ходила на собрание за собранием. Большинство из них проходило в конференц-залах полевого дома, но два были проведены в здании студенческого союза, а еще одно в библиотеке, что вынудило меня тащиться через весь кампус.

У меня не только мозги поджарились, но и ноги просто убивали меня. Я совершила ошибку, надев каблуки вместо теннисных туфель, и теперь расплачивалась за это.

Как только я сяду в машину, эти туфли станут историей. Я поеду домой босиком. Затем натяну спортивные штаны и проведу остаток вечера за чтением книги. Если повезет, я смогу отвлечься от мыслей о Форде.

Почему он так настаивал на этом? Не похоже, что десять лет назад он был тем, кого унизили. Нет, это была я. И если я не хотела вновь переживать те ужасные воспоминания, кто он такой, чтобы навязывать их мне?

Неа. Этого не произойдет.

Если только ему не нужно было обсудить расписание занятий в тренажерном зале, нам больше не о чем было говорить. Что бы ни случилось в прошлом, это больше не имело значения. Нам нужно было найти способ сосуществовать здесь, потому что я не собиралась уходить. И уж тем более уступать.

Моя работа была не просто работой, это была моя карьера. Это был мой заработок. Работать в университете, работать со студентами-спортсменами было моей мечтой.

Я любила спорт. Я любила соревнования. И мне нравились победы, даже если они и не были моими собственными.

В течение многих лет я участвовала в соревнованиях по бегу на длинные дистанции, сначала в старшей школе, а затем здесь, в УШС. Некоторые из моих самых приятных воспоминаний были связаны с соревнованиями или поездками на автобусе. Мои друзья были моими товарищами по команде. И на последнем курсе, после ухода Форда, бег дал мне цель. Отдушину.

Моя стипендия помогла мне оплатить обучение, потому что иначе я не смогла бы позволить себе университет. Несмотря на это, я только что закончила выплачивать свои студенческие ссуды.

Легкая атлетика в колледже была вершиной моих беговых дней. Мне все еще нравилось заниматься этим ради развлечения. Буквально вчера я пробежала десять миль. Но мне не суждено было участвовать в Олимпийских играх, и у меня не было желания продолжать профессиональную карьеру.

Спортивное администрирование было очевидным выбором после окончания школы. Я не была заинтересована в том, чтобы стать тренером. Я не хотела преподавать физкультуру в старших классах. Но это, внутренняя работа программы колледжа, идеально подходила. Что еще лучше, я все еще была «Дикой кошкой».

Форд Эллис не испортит все это. Мы преодолеем этот неловкий этап, и, в конце концов, он поймет, что все, что нужно было сказать, уже было сказано. Зачем ворошить древнюю историю?

Тем не менее, Форд был столь же упрям, сколь и великолепен. Он настаивал на разговоре, и, если бы я отказалась, он бы забаррикадировался в моем кабинете. Этот человек не оставил мне другого выбора, кроме как поступить трусливо и уйти пораньше.

Я рылась в сумочке в поисках ключей, когда вышла в коридор и наткнулась на твердую стену мужской груди.