— А может быть, просто не уверены, что сможете меня убить. И что в этом случае я приму ответные меры, — улыбнулся я.

— Может, и так, — не стал спорить старик. — Но, может быть, мы ещё попытаемся. Если не сможем урегулировать ситуацию. Просто вы уже несколько раз сумели меня удивить. А также произвели большое впечатление на мою внучку, что весьма непросто.

— Уважаемый Бао Цзы Вэй, вы изложили свою точку зрения на произошедшие события. Но если взглянуть со стороны, то всё случившееся выглядит несколько иначе. Мои друзья передали вам оговорённый товар, и вы его приняли. Товар находился в руках ваших людей, когда произошёл этот прискорбный инцидент. Не наша вина, что ваши люди не смогли сохранить то, что в тот момент уже принадлежало им.

Представьте себе тигра, которому досталась богатая добыча. Сочный такой кусок мяса. И у которого свора гиен в полицейских мундирах отобрала его законную добычу. Другие хищники подумают, что тигр проявил слабость и некомпетентность. И задумаются, а так ли он силён и неуязвим, как кажется?

Случившиеся говорит о том, что вы и ваши люди не проявили должной предусмотрительности и мудрости. То, что вы не смогли сохранить полученный товар, выставляет не в самом лучшем свете не только вас, но и всю вашу уважаемую Организацию.

Но, к вашему счастью, я выступал гарантом этой сделки. И не пустил это дело на самотёк. Поэтому полиции оказалось нечего вам предъявить, и ваших людей отпустили с извинениями.

— До сих пор не могу понять, как вам это удалось, — с любопытством произнёс Бао Цзы Вэй. — Не поделитесь секретом?

И видя мою ироничную улыбку, вздохнул:

— Загадочный Вы человек, Антон.

— Что касается товара, — продолжил я, — то, как гарант сделки я был вынужден вмешаться и принять меры для неукоснительного выполнения условий сделки, в чём вы сейчас убедитесь.

После чего подал знак Мурене, и та направилась к стоящему в десятке метров от нас помощнику Большого Брата, с металлическим кейсом в руках. Подойдя к мужчине, она передала ему кейс. Тот открыл его, внимательно осмотрел содержимое, и сообщил о том, что в нём находится, старику, через артефакт ментальной связи.

На обычно бесстрастном лице моего собеседника, появилось выражение сдержанного удовлетворения.

— Это несколько меняет дело, — согласился он. — Признаю, Вы умеете держать слово. НО! Золотом нельзя смыть оскорбление. Оскорбление можно смыть только кровью. Кто-то должен ответить за то, что произошло. Мэй Лиен жаждет мести и я не склонен её сдерживать. Мы вынуждены принять меры. Как вы выразились, тигр не может проявить слабость. Кто-то должен умереть.

— Если Вы тронете Элизу, то мне придётся принять ответные меры, — холодно произнёс я. — Не собираюсь вас пугать, понимая, что это бесполезно. Но последствия столь необдуманного шага будут разрушительными. И не только для вашей Организации, но и для вашей семьи. Подумайте об этом, прежде чем что-то предпринять.

— Вы ставите меня в безвыходное положение, —тяжело вздохнул старик. — Тот, кто сдал нас полиции, должен умереть.

— Вот именно. Речь идёт о человеке, который является полицейским осведомителем. Но пока вы даже не можете быть уверены, что это человек из Отряда, а не из вашего ближайшего окружения. Но у вашей Организации достаточно связей в полиции и денег, чтобы выяснить, кто сообщил полиции подробности о предстоящей сделке.

— И когда мы выясним, кто этот человек, и поступим с ним так как полагается, Вы не станете вмешиваться?

— Вы в своём праве. Только не ошибитесь. Убедитесь, что это именно тот самый человек. Цена ошибки будет велика. Как я уже предупредил, последствия будут катастрофическими.

На этой, можно сказать, дружеской ноте, утопая в потоке насквозь лживых заверений в уважении и лояльности к партнёру, мы и расстались с коварным стариканом.

Когда я на Совете командиров Отряда рассказывал, чем закончились переговоры с триадами, на лице Элизы отражались то облегчение, то злость. Остальные просто вздохнули с облегчением и откровенно радовались, так как понимали, что в противостоянии с триадами у них не было никаких шансов. Ну, может быть, не все. Кто-то только делал вид, что рад. Но достаточно умело скрывал свою обеспокоенность.

Через день нам предстояло выступать в рейд, а нерешённых вопросов накопилась целая куча. Поэтому мы переключились на насущные дела и ещё битых два часа провели, уточняя различные детали.

Когда все разошлись и мы остались с Элизой вдвоём, она решительно заявила:

— Я не верю, что в наших рядах предатель. Уверена, что утечка сведений о встрече, произошла из окружения босса триад.

— Теперь уже ничего не поправить. Китайцы сами разберутся. У них есть для этого все возможности. Задета личная честь Большого Брата, была арестована его внучка, которая претендует на роль одного из лидеров Организации. Он должен показать, что контролирует ситуацию и крепко держит власть в своих руках. Не сомневаюсь, что он выяснит имя предателя. Много времени это не займёт. Счёт идёт на часы.

После этого разговора мы не виделись с Элизой до самого момента выхода нашего сводного отряда в рейд.

Рано утром, на привычном уже месте перехода через Провал в районе Нагатинской набережной, оба наших Отряда стояли, уже выстроившись в походную колонну. Пора было начинать движение, но Элиза медлила. Причина была в отсутствии отрядного целителя Сигизмунда, который запаздывал.

— Да где его черти носят! — в сердцах выругалась Элиза.

— А когда ты его видела в последний раз? — нейтральным тоном осведомился я.