— Иду! — и пригнулась.

— Правильно делаешь, — ласково ухмыльнулся Гедеон.

Она отошла от окна, но остановилась, закинув руки за голову и встав на цыпочки. Марина ощущала, что все ее тело наполняется новой жизнью, ей хотелось запеть. Утро было так прекрасно, будто мир родился заново. Марине и сейчас не хотелось двигаться, она боялась потревожить счастье, которое в себе открыла.

Она спустилась вниз и обнаружила, что стол уже накрыт к завтраку и аромат кофе мешается с запахом жареного бекона. Гедеон оглянулся и осмотрел ее с ног до головы. Он не сказал ни слова, но она знала, что ее тонкое хлопковое платье с юбкой в складочку и скромным воротником, украшенным фестончиками, получило одобрение. Марина прошла, чтобы сесть, но он остановил ее, коснувшись руки. Когда она обернулась, желая узнать, в чем дело, он быстро дотронулся до ее щеки губами, потом принялся доставать готовый завтрак из духовки. Она сильно покраснела и села. Марину не удивил этот поцелуй, но где-то в глубине сознания мелькнула мысль, что нельзя позволять Гедеону целоваться, когда ему вздумается.

Она была знакома с ним совсем недолго, всего один день. Марина была в смятении, казалось, краткость их знакомства никак не соответствовала тому, что они чувствовали и как себя вели. Между ними все время было ощущение странной близости. И здравый смысл не имел к этому никакого отношения.

— Я думаю, не поехать ли нам покататься? — спросил Гедеон чуть погодя, допивая свой кофе.

— Куда? — Она сразу ухватилась за идею. Ей редко доводилось ездить в машине. Она вспомнила маленький желтый спортивный автомобиль, и лицо ее разгорелось от предвкушения удовольствия.

Гедеон пожал плечами:

— Какая разница? Просто поедем и потом увидим, куда.

Марина бросила взгляд на дверь, он перехватил его и улыбнулся:

— Гранди не будет возражать.

Иногда он звал дедушку мистером Грандисоном, как если бы был с ним едва знаком. Иногда вдруг называл его домашним прозвищем, и тогда ее ухо улавливало нотки дружеской фамильярности. Маленькая морщинка легла у нее меж бровей, и нежное юное лицо омрачила тень тревоги. Гедеон быстро и очень внимательно взглянул на Марину.

— Что-нибудь не так? Не хочешь ехать? — спросил он отрывисто, и она невольно ответила:

— Нет, очень хочу.

Гедеон вел машину тихими проселочными дорогами вдоль побережья, избегая городов и шумных дорог. Он не превышал скорости, поэтому они спокойно любовались сельскими пейзажами. Марина сразу поняла, что он прекрасно ориентируется на побережье. Все въезды и выезды с главных магистралей, все короткие дороги, все перекрестки он знал и ехал, не глядя на карту. Они избегали больших шоссе и наслаждались покоем безлюдного пейзажа.

Взглянув на часы, Гедеон заметил:

— Я думаю, мы перекусим где-нибудь в пабе. Ты не возражаешь, если мы на скорую руку поедим? Я знаю туг одно тихое местечко, где можно закусить — сандвичи, сосиски и все такое.

— Это было бы чудесно, — согласилась она.

Они молчали всю дорогу. Марину убаюкал ветер, раздувавший ей волосы, и запах полей по обеим сторонам дороги. Посмотрев на Гедеона, она подумала, что, возможно, он молчалив от природы, а может быть, ему не о чем с ней говорить. Видно было, что ее общество доставляло ему удовольствие. Время от времени он поглядывал на нее, и от его улыбки становилось теплее. Однако Гедеон избегал разговоров, ограничиваясь ничего не значащими замечаниями, стараясь о себе ничего не рассказывать.

Вдруг ей пришло в голову, что у него могли быть неприятности. Возможно, он прячется? От чего-то или кого-то? Гедеон не походил на человека, избегающего осложнений. Но порой, когда он терял контроль над выражением лица, оно становилось угрюмым и отражало какое-то внутреннее напряжение, непонятное Марине.

— Сколько ты у нас проживешь? — неожиданно спросила она. Они подъезжали к маленькой автомобильной стоянке, мощенной гравием, и руки Гедеона заметно дрогнули на руле.

— Я еще не решил. Это зависит от обстоятельств.

— От каких?

Он повернул голову и пристально посмотрел ей в глаза, как будто искал там что-то, одному ему ведомое.

— От разных, — медленно выговорил он, и она поняла, что он не нашел того, что искал. Что это было?

Ей хотелось спросить, не случилось ли с ним беды, но он вдруг ушел в себя, и она не решилась. Гедеон вылез из машины, обошел ее кругом и помог выйти девушке.

Бар оказался крошечным, он весь сверкал чистотой и был почти пуст. В углу сидел старик в плоской кепке и читал газету. Молодая парочка шепталась за столиком. Бармен подал им сандвичи и горячие сосиски. Гедеон пил светлое пиво, а Марина лимонад в высоком стакане с кусочком лимона и льдом, который позвякивал о стенки, пока она несла его до столика.

По стенам были развешаны зеркала в резных рамах времен короля Эдуарда. Когда Марина гляделась в них, у нее появлялась уверенность, что она уже видела все это однажды. Нахмурясь, она пыталась вспомнить, уж не привозил ли ее сюда Гранди. Гедеон заметил, что она погрустнела, и тихо спросил:

— Что случилось?

— Да вот, зеркала, — ответила она. — Они выглядят ужасно знакомыми.

Он огляделся и пожал плечами.

— Такие встречаются во многих старых пабах. Да и в лондонских театрах тоже. Одно время они были в большой моде.