Меж тем троица воинов наконец-то добежала до меня и без слов хотела атаковать.

Удар тени снёс их на три, а то и четыре метра назад и повалил на землю. Я же одним движением, словно молния рванул к Рудольфу и воткнул в него острие посоха и активировал молнию. Сработал знакомый эффект цепной молнии и все трое, словно припадочные, затряслись на земле стуча по ней руками и ногами.

Жаль, что действие скилов в два раза меньше чем на мобах. Но и этого хватило, чтобы Рудольф лишился практически половины жизни, а его непутевые спутники и вовсе практически потеряли около семидесяти процентов здоровья.

Когда эффект электрического разряда прекратился, они ошарашено вскочи на ноги, а я уклонился от пяти стрел, уйдя в задний кувырок, вставая после него, как заправский гимнаст.

Навык уклонение в купе с прокаченной ловкости творили чудеса. Либо у стрелявших игроков плохо прокачено умение меткости или метки.

— Ах ты тварь! — Орал Рудольф. — Да мы тебя по полю раскатаем сволоча!

— А не вы ли напали первые?! — Встал я в боевую стойку, поигрывая посохом. — Смотрите сами не сдохните. Совсем здесь все свихнулись, что ли.

Два других игрока стояли в нерешительности, зло сверля меня взглядами. Было понятно, атака захлебнулась и обернулась потерей собственных единиц здоровья. А тот, кого они хотели нагнуть, готов драться даже при их численном перевесе. Да ещё и угрожает.

— Нас тут десятка. Так что тебе не выиграть. — Снова стал надменным Рудольф. — Так что если не хочешь случайно помереть, гони всё, что у тебя есть и проваливай.

— Думаю, я откажусь от твоего щедрого предложения. Так что нападайте. — Оскалился я.

Рудольф точно блефовал. Если бы у них и в правду было в распоряжении десять рыл, то они бы втроём здесь не стояли, а лучник скорей всего один, и его стрелы это скил, который что-то долго откатывается. Иначе бы он из стрелялся бы весь в мою тушку.

Но тогда зачем в четвёртом лезть на меня. Даже если они уверены, что у меня не такой большой уровень, который они видят. Тут что-то не так. Нет, конечно, банальную жадность и желание навариться на чужом добре я не отрицаю, но они же знают, что мне назначена встреча на совете игроков, а их гильдия там состоит, и им влетит, если они меня грохнуть или оберут. Ну не могут же они быть настолько идиотами, или могут?

Рудольф медлил. Он сейчас был, словно пёс, который сорвался с цепи и не знающий, что дальше делать, и на кого нападать.

Их атака была слаженной, в ней угадывалось не раз отработанная схема. НахВас закрылся щитом и попытался влететь в меня им, и скорее всего, оглушить или повалить на землю.

Вигор, словно дровосек следом за товарищем размашисто хотел нанести удар алебардой.

Щит я встретил посохом и кинжалом, а вот от алебарды пришлось уходить, отпрыгивая назад. Здесь-то меня и ждал Рудольф. Его щит влетел мне вбок, и я получил мощный удар. От такой встречи со щитом я чуть не удержался на ногах и не припал на одно колено.

Наложен дебаф! Оглашение. 2.5 секунды.

Тело оцепенело, и не двигались. А тройка игроков начала активировать на мне свои боевые умения.

Кираса глотала урон, пока моё тело снова не стало двигаться.

Выкрикнув, что-то не цензурное, я влепил по ним кольями и рядом со мной в нелепых позах остолбенели мои враги. После чего просто нанёс удар посохом по Рудольфу.

Домага от предмета хватило бы на три-четыре удара до полного его обнуление. Я же нанёс всего два, и когда его жизнь влетела в край жёлтого сектора, переключился на его товарищей.

Тут все было ещё проще. Ткнув одного кинжалом, шарахнул в него молнией, электрошок зацепил только Вигорда и Нахваса, а потом по одному удару каждому посохом и они также в жёлтом секторе здоровья, что вплотную подобралось к красной зоне.

А дальше было то, что я ожидал. Вскочив на ноги, они рванули в те кусты, откуда и выползли.

Я же дал им уйти, больше не нанося ни единого удара. Когда неудачные налётчики исчезли в своей засаде, я быстрым шагом пошёл дальше, правда всё же был наготове, мало ли эти придурки решат повторить выход на бис.

Город уже был очень близко. Осталось всего-то ничего. Миновав оставшееся расстояние пути за полчаса, вошёл в ворота изначального.Была поздняя ночь. Свет на улицах давали и фонари, что работали, не пойми на чём. На улицах было хоть и людно, но всё же игроков было маловато.

Зайдя в первый попавшийся трактир, я снял комнату на ночь и быстро прошёл в нее, где и рухнул спать.

В кабинете Дмитрия Евгеньевича была напряженная обстановка. Его собеседник пожилой мужчина сидел на стуле и смотрел на него выцветшими серыми глазами. Сам мужчина был высок и худ, жидкие седые волосы были зачёсаны назад, а острый нос поддерживал очки. Тонкие губы, то и дело кривились, словно в пренебрежении.