– Бог с ней, - махнул рукой психолог.
– Шеф не заметит. Шеф ничего не замечает, кроме денег.

– Нет, нет, надо все-таки соблюдать приличия, - не согласился Диш. Неужели здесь не найдется никакой яркой тряпки?

Но ярких тряпок в подземелье не было. Пришлось использовать полотенце. Диш стянул его концы на шее "химеры", опоясал проволокой - получилось нечто вроде передничка. Этим и ограничились.

Глом вошел торжественный, праздничный, благоухающий дорогим одеколоном.

– Вы неотразимы, шеф, - сказал, подмигивая остальным, психолог.
– Вот сюда, пожалуйста, на стульчик.

Но Глом и не думал садиться. Он обошел "химеру" кругом и, разумеется, не удержался, чтобы не похлопать по незадрапированному мягкому месту. Однако едва он занес руку, как "химера" предостерегающе выставила ладонь и укоризненно покачала головой. Глом испуганно отпрянул.

– Ну, здравствуй, здравствуй, красотка!

Она благосклонно кивнула хорошенькой головкой. Глом отер лоб платком и плюхнулся на стул.

Голубоглазая блондинка в заляпанном передничке умела немного. Она могла улыбаться, подмигивать, строить глазки, смотреть на часы, грозить или подманивать пальчиком, поправлять прическу, вызывающе подбочениваться и выставлять ножку. Но различные сочетания из двух десятков простейших движений способны были выразить уже довольно сложную гамму чувств. Во всяком случае, учитывая интеллектуальный уровень обывателя, большего и не требовалось.

Добрый час демонстрировала блондинка свои таланты, и ни разу сочетание жестов не повторилось. А под конец в ответ на какую-то особенно смелую мысль испытателя элегантно приподнесла кукиш, сдобренный безукоризненной улыбкой...

Глома едва кондрашка не хватила. Даже он, посвященный в тайну замысла, не ожидал ничего подобного. Шеф торжествовал бурно... и щедро. Немедленно принесли дюжину шампанского, пустили пробки в потолок. Когда иссякло шампанское, появился ром, а потом еще что-то, такое крепкое, что никто уже не мог прочесть надпись на этикетке. Глом обнимал одного за другим своих работников и бормотал:

– Доводите, ребятки, доводите. Ей богу, озолочу. Доводите!

А всеми забытая блондинка до вечера стояла на постаменте среди пьяной компании и, улавливая знакомые ей обрывки мыслей, многозначительно поглядывала на часы и покачивала головой.

Назавтра окончательно утвердили эскиз новой витрины по всему фасаду. Пока в подвалах "доводили" технику, мастерские работали в три смены Очень скоро "наши маленькие химеры", как любовно называл их Глом, должны были заманить в магазин первых спешащих мимо прохожих.

Глом потирал руки. Ему уже мерещилось: ревущая толпа штурмует двери, продавцы не успевают упаковывать покупки, кассиры сбились с ног, разменивая крупные билеты, взмыленные рабочие бегом подносят товары, склады быстро пустеют, сейфы ломятся от денег. На радостях Глом даже пообещал Дишу изрядный куш в виде процента от прибыли, если дело выгорит.

Иную картину видел в своем воображении Диш. Тяжелыми небрежными складками падает декоративная ткань, отделяя один сюжет от другого...

Опершись ногой о камень, далеко-далеко устремила взгляд юная мечтательница. Свежий ветер развевает ее блестящие черные волосы. Чайка мелькнула, как парус, бегущий над волнами.

"Кого ждешь, дочь рыбака?"

И она, очнувшись от раздумья, глянет на часики и небрежно поправит упавшую на лоб прядь.

"Вспомнил! Купить часы".

"Уж не продует ли тебя ветром, сердешная?"

И она зябко запахнется в плащ.

"Ах, да, плащ! Скоро ведь осень, дожди. Зайду-ка в магазин прямо сейчас".

Блондинка в легком утреннем одеянии колдует за туалетным столиком. Едва заметно поворачивается в ее руках круглое зеркальце, чуть наклоняется изящная головка. На полной шейке, на запястьях тускло переливаются жемчужины.

"Недешево же обходится содержать такую".

И она рассеянно глянет за стекло и вздохнет, вспомнив своего обожателя.

"Черт возьми, совсем забыл - надо купить подарок Мари!"

"Недурственно было бы заполучить на неделю этакую пышечку".

И она, закинув ногу за ногу, вдруг высунет язык.

"А впрочем, в ее халатике и моя старушенция покажется аппетитной!"

Так будет, будет очень скоро. Диш знал, все будет именно так. И толпа у витрины, и полон магазин покупателей... И даже влюбленные. Немудрено влюбиться в "химеру", предупреждающую каждое твое желание. Тем более, что живым женщинам меньше всего дела до мелькнувшей в твоей голове мысли. Наконец-то тебя заметили в сутолоке города, обратили на тебя внимание, угадали твою мысль. А то уже ты начал было сомневаться: да не манекены ли окружают тебя, не манекен ли ты сам!? 8