Болотов, присев у стены, все еще с отвращением посматривал на дохлого мутанта.

– Что, воняет? – я, заметив его выражение лица, озвучил сопутствующую причину.

Майор кивнул, но промолчал.

– Все проверили оружие, – продолжил здоровяк, указав на лежащий на бетонном полу «104 АК». – Майор, возьми автомат. Этот по-эффективнее будет.

Тот с секунду поколебался, поднялся, закинул оружие за спину, а сам подобрал трофейный огнестрел. Обшарив разгрузку, вооружился запасным магазином, собранным со всех остальных. Второй раненый, успел захватить «ШАК» погибшего капитана с места засады.

– Выдвигаемся?

...Прошло минут двадцать. Мы оставили позади уже несколько переходов и помещений. Попадались завалы, иногда шахты воздуховодов, из которых ощутимо несло теплом. Дыма почти не было, но воздух все равно был пересушен.

Шли туда, куда указывал Болотов, но лично у меня вскоре сложилось мнение, что тот и сам уже заблудился. Только признавать этого не хотел. И вскоре, мое предположение подтвердилось.

Офицер растерянно остановился на одном из перекрестков. Топтание на месте и хаотичное перемещение справа налево выдали проблему на лицо.

– Заблудился? – спросил Костолом, уже зная, какой получит ответ.

– Нет... Не знаю. Мы шли тут, – промямлил Болотов.
– Где-то тут. Но там не было никаких труб. И эта лужа.

– Э-э! – проворчал здоровяк. – Так мы тут неделю бродить будем. Сколько прошло времени со спуска?

– Часа три-четыре, – я посмотрел на часы.

Справа обнаружилось небольшое помещение, заваленное рулонами то ли брезента, то ли гидроизоляции. Материал рассохся сверху, а снизу подгнил. Болотов едва не дал очередь, приняв один из рулонов за спящего червя.

– Что за...?

– Нервы беспокоят? На вот, попробуй. – Костолом перебросил ему небольшую коробку с капсулами. – Поможет.

Тот не стал разбираться, сунул в рот, запил водой из фляжки.

– Вот. А теперь, можно и перекусить, – продолжил гигант. – Я постою на входе, а вы ешьте. Затем поменяемся. Макс, ты как?

Костолом уже давно приметил, что я периодически отвлекаюсь на экзоскелет. Уже два узла капризничали, скрипели, двигались с сопротивлением.

– Нормально, пока терпимо. Жаль, протез не вечный, начал сыпаться.

– А снять?

Признаюсь, я забыл спросить у Самсонова, при необходимости, можно ли его снять?

– Не знаю. Но с переломами ног и повреждением позвоночника... Не хотелось бы сложиться пополам.

Костолом сухо кивнул, затем развернулся и вышел в проход. Посветил фонарем по сторонам. Чисто.

Боли я не чувствовал, хотя иногда меня бросало в озноб. Голова слегка гудела, но не более. В целом, самочувствие после медицинских мероприятий было неплохим.

Каждый достал сухпай, но приступать к процессу никто не торопился. Кусок в горло не лез, хотя желудок требовал. Почти у всех на комбинезонах присутствовал духан от расстрелянного червя – это совсем не способствовало аппетиту.

А вот воду пили все – жажда замучила. И хотя в этой части комплекса было не жарко, все равно помещение, где было совершено первое нападение, явно имело повышенный градус. Около тридцати с плюсом точно. Где-то под ним все еще был пожар.

– Максим... – вдруг обратился ко мне Лебедев. – Думаю, искать выживших – уже бессмысленно.

Я посмотрел на него с нескрываемым удивлением.

– Наверное, все погибли, – продолжил он. – Мы не можем бросить тела, но...

– Вытащить их тоже не можете? – закончил за него я.

Тот неуверенно кивнул, но почти сразу передумал и добавил:

– Нет, не важно. Это потом. Потом.

Перекусить не получилось. Обошлись витаминными концентратами. Когда подошла очередь Костолома, тот лишь сделал себе новый укол, подождал, пока подействует, затем опорожнил фляжку и дал добро двигаться дальше.

– Ну и куда?

– Туда, – махнул я рукой влево. По моим предположениям, где-то там рухнувший метромост.

– Хорошо. Все туннели одинаковые, ориентиров нет. Выдвигаемся.

Теперь состав движения группы был иным. Первым двигался Костолом, останавливаясь у каждого прохода или пересечения. Следом шел Болотов, которого стимуляторы погибшего капитана быстро привели в норму. Затем раненый, после подполковник, ну а я был замыкающим.

Моя роль проста – прикрывать тылы. Хотя черви и коварны, но они не понимают, что своим визгом во время атаки, выдают себя. Будь их броски бесшумными – кого-нибудь, чаще как раз таки замыкающего, не досчитались бы.

Из-за темноты было сложно ориентироваться – благо хоть фонари были с запасными батареями. Глаза давно привыкли к такому свету. Это угнетало, но если не думать об этом, то можно и потерпеть.