Шрифт:
– Куда собралась, Алена, нового фраера нашла себе? – хрипло произнес он.
– Вот что ты ко мне пристал, Перец! – выпалила Алена-Сакура, вцепившись в мое плечо, – Говорила же тебе, отвали!
Да… подстава так подстава. Похоже, придется драться. Ну, несмотря на представительную внешность преградившего путь парня, я сильно не переживал. Один на один уделаю его легко… обычный гопник.
– Вали, фраер, отсюда, – тем временем предложил Перец, – мне со своей телкой поговорить надо.
– Я не твоя телка! – возмущенно крикнула Сакура.
– Лучше бы ты валил, – посоветовал я наглому гопнику, освобождаясь из цепкой хватки своей спутницы.
– О, тут у нас смелый нашелся. Ну, иди сюда…
Я предпочел не тянуть и двинулся навстречу противнику. Тот встал в боксерскую стойку и тоже двинулся навстречу. От первого удара я уклонился легко. Несмотря на свои приличные габариты и явную физическую силу, мой противник был весьма прямолинеен. Ответным ударом подсечкой я сбил с ног совершенно не ожидавшего подобного поворота Перца и хотел уже закончить дело финальным ударом, но вдруг услышал пронзительный женский крик:
– Шестихвостый!
Развернувшись, я только и смог увидеть летевший в меня обрезок железной трубы, а потом все вокруг вспыхнуло ослепительной болью, которую практически мгновенно сменила абсолютная тьма.
Глава 4
Знакомство с миром 376758
В тот же миг я пришел в себя. Мда. Надо же, как не повезло. Хорошо хоть все вспомнил, а то эти обрывки памяти сильно раздражали. Ну, раз я окончательно попал, а в том, что это так, сомнений не было никаких, значит надо приспосабливаться. Интересно, перенесся ли я полностью, или мое тело с проломленной башкой осталось лежать в той подворотне? Алене тогда не поздоровится, если не догадалась бежать, такие отморозки свидетелей оставлять не будут… хотя этот Перец вроде ее знакомый… А если я найду портал, то вернусь в тот же самый момент? Вот весело будет. Через десятки лет приключений, с кучей новых навыков и друзей, наконец, добраться до портала, чтобы вновь получить трубой по голове… хотя…
Я посмотрел еще раз на удобно устроившуюся на моей груди фею. А в следующую минуту столкнулся с ее взволнованным взглядом.
– Что? – спросил я.
– Хозяин все нормально? – с тревогой в голосе поинтересовалась она. – Ты как – то вздрогнул и твой взгляд затуманился на секунду…
– Все нормально, – успокоил я ее и сильнее прижал к себе, заставив довольно замурчать. Ну прямо как кошка…
В общем, я слишком увлекся очарованием этого момента и не услышал душераздирающего скрипа половиц. Застывший у входа управляющий напоминал статую, в которой скульптор попытался изобразить крайнюю степень изумления. Не хватало только открытого рта и выпученных от удивления глаз. Но, в принципе, наблюдалось что-то близкое к этому. Я даже испугался, как бы старика инфаркт не схватил.
– Сергей Игнатьич, спокойствие, только спокойствие! – поспешно заявил я, прикрываясь простыней. Хихикающая девушка напротив выгнулась, демонстрируя себя во всей красе – по-видимому, феям не было знакомо такое чувство, как стыд.
– Это… это кто? – озадаченно спросил он. – Она не из нашей деревни…
– Знакомьтесь, это Уна, мой фамильяр!
Старик издал то ли стон, то ли крик и бухнулся на колени, громко отбивая поклоны о деревянный пол.
– Радость-то какая, господин! Первый фамильяр в роду! Да еще такой! Разумных-то, поди, во всей империи по пальцам пересчитать можно! Славься, Перун! Жаль, что родители ваши Петр Данилович и Анастасия Федоровна не дожили, вот бы они порадовались за вас.
Пока старик продолжал бить поклоны, я нацепил на себя штаны и пресек непотребство, помогая ему встать на ноги. Заодно почерпнул несколько полезных фактов: судя по реакции Сергея Игнатьича, Уна была не просто легендарной, а уникальной спутницей. И главное, что я отметил это слово, – разумный фамильяр; стало быть, таких. как Уна, очень мало. И раз старик говорил о родителях в прошедшем времени, значит, их нет в живых. Так… а родственники какие или кто еще? Эх, сколько вопросов…
– Я есть хочу! – тем временем капризно протянула фамильяр, перевернувшись на спину и свесив голову за край кровати. Пыль магическим образом отлетала от ее серебристых волос, остающихся все такими же чистыми, свежими и прямыми.
– Разумеется, госпожа! Я сейчас же распоряжусь, чтобы вам подали обед!
– Пусть несут сразу четыре порции! – крикнул я ему вслед.
После нескольких часов физических упражнений с ненасытной Уной во мне разыгрался зверский аппетит.
Дующаяся Марфа заставила весь стол чашками и блюдцами, а венчал все самовар с несколькими большими кружками.
– Спасибо, дорогуша, ты настоящая спасительница! – улыбнулся ей, отметив, что отношение ко мне улучшилось сразу на две единицы, подскочив до семерки. Очевидно, служанка была явно неравнодушна к Александру Морозову. Знать бы еще – это из-за статуса или ей был симпатичен прошлый хозяин тела.
Обед порадовал намного больше, чем завтрак, видимо, Сергей Игнатьич на радостях распорядился вскрыть стратегический запас. В распоряжении юного господина, то есть меня, оказались густой наваристый борщ с целой крынкой жирной сметаны, горячий черный хлеб и большая тарелка с соленьями. Помимо мяса в самом супе, нам тонко нарезали солонину, которую следовало вымачивать в воде, иначе было невозможно ее прожевать. Впрочем, Уна не парилась, отрывая большие куски заостренными зубами.
Полностью опустошив горшочек и съев все до крошки, я откинулся на спину, сыто отдуваясь. На десерт нам принесли горку пряников и небольшую плошку с медом, а чай оказался крепок и вкусен.