«У насъ, я думаю, еще не забыли вражду между собою двухъ насл?дниковъ Бегума-Раджинара, вражду француза-доктора Сарасена изъ Франсвиля и н?мца-инженера Шульца изъ Штальштадта.

«Вс?, я полагаю, помнятъ, какъ герръ Шульцъ, желая разрушить Франсвиль, выпустилъ огромный снарядъ, который однимъ ударомъ долженъ былъ уничтожить городъ до основанія.

«Вс?мъ, я думаю, также изв?стно, что первоначальная скорость снаряда по выход? его изъ пушки-великана была нев?рно разсчитана и что снарядъ поднялся отъ земли выше предположенной нормы. Констатировано, что онъ перелет?лъ черезъ ц?ль и на землю обратно не упалъ. Превратившись такимъ образомъ въ болидъ, онъ вращается теперь и будетъ в?чно вращаться вокругъ нашей планеты.

«Почему не предположить, что новооткрытое т?ло и есть этотъ самый снарядъ?»

Такъ-съ, господинъ подписчикъ, это вы очень остроумно придумали. Только какъ же труба-то! Сколько изв?стно, при снаряд? герра Шульца не было никакой трубы.

Ни одно, стало быть, объясненіе не годилось. Оставалась гипотеза директора обсерваторіи Зи-Кіа-Вэ. Но гипотеза китайца!., фи! И все-таки публик? еще не надо?ла эта исторія. Толкли-толкли воду въ ступ?, и все не уставали. Споры, дебаты не прекращались. Случился лишь временный перерывъ на н?сколько дней, потому что т?ло н?сколько ночей не показывалось, и музыки не было слышно. Думали, что оно упало въ океанъ.

Но вотъ, между 2-мъ и 9-мъ іюня, произошелъ ц?лый рядъ новыхъ фактовъ, объяснить которые лишь однимъ существованіемъ космическаго феномена было положительно невозможно.

Въ теченіе этой нед?ли на вс?хъ возвышенныхъ пунктахъ земного шара, на вершин? собора Петра и Павла въ Рим?, на шпиц? Адмиралтейства, въ Кельнскомъ собор?, на египетской пирамид? и другихъ неприступныхъ точкахъ ночью были разв?шаны флаги. Но кто могъ ихъ разв?сить безъ помощи л?совъ? Чей это былъ флагъ?

Онъ былъ черный, ус?янный зв?здами и съ золотымъ солнцемъ посредин?.

— Первый, кто станетъ утверждать противное…

— Да р?шительно всякій станетъ.

— Не посмотритъ на ваши угрозы.

— Выбирайте свои выраженія, Бетъ Файнъ!

— И вы свои также, дядя Прюданъ!

— Я утверждаю, что винтъ ни въ какомъ случа? не назади…

— Мы!.. И мы тоже! — дружнымъ хоромъ крикнули пятьдесятъ голосовъ.

— Н?тъ, онъ непрем?нно долженъ быть впереди! — вскричалъ Филь Эвансъ.

— Спереди, конечно! — не мен?е громкимъ и дружнымъ хоромъ поддержали другіе пятьдесятъ голосовъ.

— Никогда мы съ этимъ не согласимся!

— Никогда! Ни за что!

— Такъ для чего же и спорить?

Чего же такъ волновались собравшіеся зд?сь господа?

Они были просто «баллонисты», интересовавшіеся животрепещущимъ, но, т?мъ не мен?е, строго-научнымъ вопросомъ о направленіи аэростатовъ.

Что же могло ихъ до такой степени разгорячить?

Правда, наканун? въ город? происходили муниципальные выборы, которые въ Америк? больше, ч?мъ гд?-нибудь, сопровождаются волненіемъ. Быть можетъ, головы еще не усп?ли успокоиться, и вотъ почему люди такъ горячились, дебатируя чисто-научный вопросъ.

Филадельфія — городъ очень большой, быстротою своего роста перещеголявшій даже такіе города, какъ Нью-Йоркъ, Чикаго, Цинциннати, Санъ-Франциско, разм?рами превышающій Берлинъ, Манчестеръ, Эдинбургъ, В?ну, Петербургъ и обладающій паркомъ, въ которомъ могутъ ум?ститься вс? семь знаменитыхъ парковъ Лондона. Въ город? считается милліонъ дв?сти тысячъ жителей и по населенности его можно поставить четвертымъ въ св?т? посл? Лондона, Парижа и Нью-Йорка.

Филадельфію почти можно назвать мраморнымъ городомъ, — до того много въ немъ прекрасныхъ, величественныхъ зданій. Общественныя учрежденія и сооруженія его славятся всюду. Самою лучшею коллегіей въ Новомъ Св?т? считается Жирардовская, а она находится въ Филадельфіи. Самый большой мостъ на земномъ шар?—это мостъ черезъ р?ку Шулькиль, а онъ находится въ Филадельфіи. Наконецъ, самый большой клубъ воздухоплавателей тоже находится въ Филадельфіи. Я ув?ренъ, что читателю не безынтересно будетъ пос?тить вм?ст? съ нами этотъ клубъ вечеромъ 12-го іюня.

Въ большой, уже упомянутой нами, зал? зас?дали съ шляпами на головахъ челов?къ сто баллонистовъ, подъ предс?дательствомъ президента, которому помогали секретарь и казначей. Тутъ не было инженеровъ, спеціалистовъ, а были по большей части одни любители всего относящагося къ воздухоплаванію, но зато любители страстные, горячіе сторонники воздушныхъ шаровъ и рьяные противники аппаратовъ, «тяжел?е воздуха», какъ-то: летающихъ машинъ, воздушныхъ кораблей и проч. Эти господа старались изобр?сти способъ управлять шарами, а до т?хъ поръ президенту общества очень трудно было управлять ими самими во время бурныхъ зас?даній.