— По рукам?

— Подождите! — повторил лорд Атал.

— Чего ждать-то? — буркнул Лагмер.

В этот миг с лестницы донёсся сбивчивый голос:

— Я сейчас… у меня важное объявление… уже иду…

Порог опочивальни перешагнул запыхавшийся человек средних лет, одетый как рядовой горожанин.

С подозрением осматривая незнакомца, Мэрит спросил:

— Какое объявление?

Хрипло дыша, человек вытер с лица пот и жестом попросил дать ему время перевести дух.

— Кто он такой? — поинтересовался Лагмер.

— Исполнитель последней воли усопшей, — ответил лорд Атал.

Душеприказчик насилу восстановил дыхание. Дважды поклонился, обращаясь к герцогам по очереди:

— Ваша светлость! Ваша светлость! — Выпрямив спину, сообщил: — Королева Эльва составила завещание.

— Так чего ты стоишь? — прикрикнул Мэрит. — Неси бумажку сюда!

— Королева Эльва велела мне огласить её последнее желание в присутствии всех наследников престола Шамидана.

Мэрит и Лагмер переглянулись.

— Когда королева слегла, я отправил гонца к герцогу Хилду, — продолжил душеприказчик. — Дадим ему две недели на дорогу. Если он не приедет, я зачитаю завещание перед вами и Знатным Собранием.

— Две недели? — возмутился Мэрит. — Королева хворала почти три недели. А ты решил дать ему ещё полмесяца?

— Прошу меня простить, ваша светлость. Дизарна находится, можно сказать, на краю света. Вам ли не знать? К большому расстоянию добавьте плохую погоду. Если хотите, давайте вместе посчитаем. Две недели до Дизарны. Неделя на сборы. Две недели до Фамаля. Итого пять недель. Ну и в чём я ошибся?

Лагмер выразил своё недовольство тяжёлым вздохом:

— Королевство будет без управления целых две недели.

— Об этом не волнуйтесь, ваша светлость, — откликнулся лорд Атал. — Уверяю вас, Знатное Собрание не пустит дела на самотёк.

Священник поднялся с пола и, отряхивая рясу, проговорил:

— Прошу вас удалиться. Негоже обсуждать мирские дела возле одра покойницы.

— Идёмте в гостиный зал, — предложил лорд Атал и кивнул священнику. — Вы тоже.

— Мне надо закончить ритуал.

Глава Знатного Собрания не привык к непокорности. Лорд Атал помрачнел, шрам на щеке угрожающе налился кровью.

— Королева Эльва вас подождёт.

Священник вздёрнул подбородок и направился к двери, неся перед собой сложенные руки, спрятанные в широких рукавах. Дворяне с видимым облегчением двинулись следом, заталкивая платочки в карманы курток и плащей.

Сбоку от Холафа Мэрита мелькнула тень. Он сделал резкий выпад в сторону и схватил эсквайра за воротник:

— А ты куда? Ограбил королеву и бежать?

Лицо юноши перекосилось от страха.

— Я никого не грабил, — пролепетал он.

Мэрит вытащил беднягу из опочивальни и толкнул к ногам караульного:

— Взять под стражу и обыскать его покои. — Сделав шаг, оглянулся. — Я видел там два серебряных шандала. Отвечаешь за них головой.

Дворяне вереницей спустились по винтовой лестнице на следующий этаж, миновали переднюю комнату и вошли в зал. В отличие от королевской опочивальни, здесь было тепло, как летом, и светло, как днём: в камине потрескивали дрова, на добротном столе рядом с письменным прибором и стопкой бумаг стояли канделябры с горящими свечами. В шкафах книги и папки, на стенах ковры, на кушетке одеяло, сшитое из волчьих шкур. По всей видимости, наведываясь в крепость, лорд Атал или кто-то из его соратников использовал это помещение в качестве рабочего кабинета и покоев.

Мэрит посмотрел на окна; всё-таки их застеклили при жизни короля. Кто бы стал выбрасывать деньги на создание удобств для бесправной королевы?

Лорд Атал по-хозяйски опёрся руками на придвинутое к столу единственное кресло и обратился к священнику:

— Когда Святейший отец созовёт Святое Собрание?

— Вы, наверное, запамятовали. Я уже говорил, что в храм Веры съезжаются церковники.

— Я помню. Меня интересует конкретная дата.

Вместо чёткого ответа священник закатил глаза и пробормотал:

— Мне надо провести ритуал, а вы меня задерживаете.

— Мы хотим знать, сколько времени святые отцы будут обсуждать дальнейшие действия, — допытывался лорд Атал. — К чему нам готовиться? К погребению королевы или к дополнительным ритуалам? Любой ритуал — это лишние расходы.

— Любой ритуал — это поклонение Богу! — вспыхнул священник.

Кисти рук, спрятанные в рукавах рясы, сжались в кулаки. Мэрит даже подумал, а нет ли там ножей? Смешно, конечно. Священники не прикасаются к оружию. Их оружие — вера.