— Дорогая, мне кажется, что я опасно переоценил собственные финансовые возможности! — шепчу я Ольге на ушко, предупреждая об опасности. — Идея зайти в «Фаберже» — это ошибка!

— Ты ценишь мою любовь столь низко?! — кошачье воркование уступает место змеиному шипению.

Трубецкая резко поворачивается ко мне и буквально пронзает острым, как пара клинков, взглядом. Я повторяю ее маневр — теперь мы стоим к Мине боком, в гораздо более выгодной и безопасной позиции.

Мина останавливается с противоположной стороны витрины и молча наблюдает за нашим эмоциональным диалогом. Во взгляде моей бывшей столько равнодушия, что в какой-то момент я начинаю сомневаться, что вижу перед собой именно ее.

Стеклянная дверь магазина открывается, и в помещении появляется еще один персонаж. Чтобы понять, что это Шеф, мне даже смотреть на него не нужно: аромат арабики выдает с головой.

— Козел! — бросает мне в лицо Трубецкая, резко разворачивается и покидает бутик, громко цокая высоченными каблуками.

— Действительно, козел! — с ненавистью в голосе подтверждает Мина, когда дверь за Ольгой закрывается.

— Здравствуй, Симпа! — мягко произносит Шеф.

Я слышу в его голосе фальшивые радость и теплоту, но играю достоверно, на максимуме, так как он меня учил.

— И вам не хворать! — искренне, но в то же время с привычной иронией отвечаю я, все также стоя к нему боком. — Чем обязан столь неожиданному визиту?

— Соскучился по твоему юношескому цинизму! — Шеф подходит к витрине, поворачивается ко мне и лучезарно улыбается. — На сыновние объятия не претендую, ибо кризис доверия между нами налицо!

Я смотрю в такие знакомые, можно сказать, родные глаза, оглядываю старика и отмечаю, что за прошедшие дни он очень сдал. Меня коробит от его дешевого позерства, и я с трудом удерживаю на лице дежурную улыбку. Внутренне Шеф не изменился, впрочем, как и я сам. И наше общение — сплошная актерская игра. За каждым словом стоит тонкий расчет, полное отсутствие эмпатии и искреннее желание уязвить друг друга.

— Зачем вы явились в Родовую Высотку? — я больше не желаю поддерживать словоблудие и перехожу к сути дела. — Убить меня можно с гораздо меньшим риском и бОльшим резонансом!

— Мы пытаемся, но ты почему-то сопротивляешься и цепляешься за собственную никчемную жизнь! — все с той же улыбкой произносит Шеф. — И по поводу работы на Приют молчишь — не говоришь ни «да», ни «нет»!

— А вы что, поверите любому моему слову? — с усмешкой спрашиваю я. — Поверите после ваших же уроков актерского мастерства и моих многочисленных пятерок?

— Почему бы и нет? — вопрошает Шеф с наигранным удивлением.

Я могу пообещать ему все что угодно. А он — сделать вид, что верит. Шувалов такой договор даже одобрит, потому что в моих руках окажется ниточка, ведущая к реальным хозяевам Приюта.

Я стану слугой двух господ, хотя не хочу служить ни одному из них. Приют остановит конвейер покушений, это, конечно, плюс. Небольшая пауза, возможность передохнуть и на короткое время не ощущать себя узником Родовой Башни.

— Зачем вы взорвали Приют? — я сознательно тяну время, уводя разговор от главной темы.

— Ответ очевиден: мы заметали следы…

— Сформулирую иначе: что заставило вас его взорвать?

— Чувство надвигающейся опасности, — отвечает Шеф с саркастической ухмылкой.

— Помимо взрыва и поспешного бегства произошло что-то еще?! — продолжаю допытываться я, несмотря на очевидную бесполезность этого занятия. — Почему вы здесь?!

С лица Шефа исчезает фальшивая улыбка, он отводит ставший ледяным взгляд и становится самим собой — усталым, седеющим человеком преклонных лет.

— Ситуация развивается слишком быстро, — сообщает он, глядя куда-то поверх моей головы. — В игру вступают могущественные силы, она грозит закончиться чудовищной катастрофой!

— Вы говорите о Темных и Светлых?

— И о них — тоже, — Шеф кивает. — Иногда чтобы вызвать разрушительную лавину, достаточно запустить снежком в крутой горный склон…

— А я, по-вашему — тот самый снежок?!

— Именно, Симпа, именно! — подтверждает Шеф с горечью в голосе. — Предотвратить сход лавины можно двумя способами: либо уничтожив того, в чьих руках снежок, либо сам снаряд…

— Еще можно попытаться изменить траекторию его полета! — подсказываю я.

— Можно, но ты сводишь на нет все мои попытки! — Шеф снова улыбается, на этот раз грустно. — Ты должен сотрудничать с нами, чтобы выжить и предотвратить катастрофу!

— Я никому ничего не должен! Если хотите сотрудничать, откройте все карты!

— Я открою их тебе, если мы договоримся! — заверяет меня Шеф. — Постепенно! В данный момент у тебя отсутствуют знания, позволяющие осознать и правильно интерпретировать информацию! Ты не сможешь нарисовать целостную картину!