— Да, не Стоит выбиваться из сил, — ответил Радиган. — Найдем, где переждать.

Друзья вновь двинулись вперед.

Ледяной ветер с ужасающей силой хлестал им в лицо. Они так закоченели, что вряд ли могли вымолвить онемевшими губами хоть слово. Правда, в таком шуме и расслышать-то ничего было невозможно.

Неожиданно Джон Чайлд свернул в заросли и остановился возле огромного поваленного дерева. По-видимому, недавний ураган с корнями выворотил и швырнул наземь здоровенную ель. Корни ее были сплошь облеплены землей, образуя широкую и прочную стену футов семи-восьми в диаметре.

Не обменявшись ни словом, Радиган и Чайлд вытащили ножи и двинулись в ельник. Нарезав веток, они быстро и умело соорудили навес. Верх плотно застелили лапником, и из него же соорудили теплую и мягкую постель. Рядом с земляной стенкой Радиган уложил несколько толстых деревянных чурок и устроил очаг. Жар костра, сохраняемый корнями, обогревал закуток под навесом.

— А разве нельзя было продолжать путь? — удивилась Грехен. — Наверное, осталось всего несколько миль?

— Можно, но от холода мы бы начали засыпать на ходу, да еще бы и страшно устали. Когда путешествуешь по морозу, никогда не выбивайся из сил. Поверь мне, замерзают насмерть только те, у кого их совсем не осталось. Если бы все путники знали это, никто бы из них не замерз. Найди или построй себе какое-нибудь убежище, свернись в нем и спи, пока не утихнет непогода.

— Но разве ты не замерзнешь во сне?

— Нет, если не окончательно изнемог. Но, конечно, если все твое тепло ушло на бесполезное барахтанье в сугробе, ты замерзнешь. Так что умей вовремя остановиться. Мне доводилось спать, когда мороз достигал сорока, а то и пятидесяти градусов.

Поваленная ель, под которой нашли приют друзья, находилась в неглубокой ложбинке. Снег продолжал падать, застилая крышу из еловых ветвей плотным тяжелым одеялом, от которого под навесом становилось еще теплей. Правда, в щель между навесом и земляной стенкой задувал ветер, поэтому Радигану с Чайлдом пришлось соорудить еще один дополнительный заслон из еловых ветвей.

Сгрудившись вокруг костра, беглецы вскипятили кофе и запили им вяленое мясо. Разговаривать не хотелось. Снаружи ревел и взметал снег бешеный ветер, и к тому времени, как они покончили с ужином, разыгралась настоящая буря. Что и говорить, лагерь они разбили вовремя.

Стоя у окна ранчо Радигана, Анджелина Фолей смотрела вниз на дорогу. Она была испугана и, хотя в уютной комнате вовсю полыхал в камине огонь, дрожала от холода. Это был некий внутренний холодок — холод страха и неведомой ей доселе ненависти. Джелина и сама не предполагала, что может с такой силой ненавидеть.

Позади девушки за столом напротив друг друга сидели Харвей Торп и Росс Уолл. Уставший ковбой появился всего несколько минут назад и без сил рухнул на скамью. Лицо его побледнело и осунулось от изнеможения. Он проплутал чуть ли не всю ночь, конь его погиб в глубоком снегу. Россу повезло, он наткнулся на рощицу, где сумел спрятаться от ветра и разжечь костер. К ранчо он добрался окончательно обессилев, шатаясь и падая с ног. Как он попал сюда, как ему удалось ночью выдержать ярость снежной бури, Росс и сам не знал. Чтобы попасть на ранчо ему пришлось преодолеть расстояние по крайней мере вдвое больше, чем от «Р-Бар» до пещеры.

— Значит, он мертв, — услышав в голосе Харвея удовлетворение, Джелина почему-то рассердилась и резко обернулась.

— Я поверю, что он мертв, только когда увижу его труп.

— Не будь дурочкой, — взглянул на девушку Харвей. При утреннем свете его бледно-голубые глаза казались совсем блеклыми — Кокер хотел убить его и не мог упустить такой возможности.

Поднявшись на ноги, Торп подошел к окну.

— Теперь тебе, Росс, надо разобраться с ранчо, собрать скот и начать вести хозяйство как можно лучше. Ты получишь четырех помощников.

Росс изумленно поднял глаза.

— А остальные?

— С ними разберутся. А ты ничего знать не знаешь и ведать не ведаешь.

Уолл обдумывал услышанное. Ведь давно можно было догадаться, что у них за дела, чем они занимаются. Он же знает Торпа и шайку, которую тот себе собрал.

— Время нынче неподходящее, — терпеливо сказал Росс. — Сейчас ничего не выйдет, Харвей.

Заложив большие пальцы рук в карманы жилета, Торп расплылся в улыбке. Он ощущал прилив энергии.

— Росс, ты начисто лишен воображения. Хотя это одно из самых отдаленных ранчо в стране, но зато здесь на север ведут дюжины старых индейских троп, по которым давно никто не ходит — троп, по которым легко попасть в Денвер, Лидвилл, да мало ли куда еще, в десяток различных мест. Говорю тебе, это то, что надо! Просто замечательно — быстренько попадаем в один из этих городков или лагерей, куда переправляют золото, а потом кружным путем обратно. И все по тем же тропам. Я так и понял, когда впервые увидел это место — чудное ранчо без всяких соседей. Отсюда просто попасть туда, где полно золота, и еще проще потом смотаться назад.

— Ничего не получится, — стоял на своем Росс. — Если верно, что говорит мисс Фолей, то нам грозит расследование.

Торп пожал плечами.

— Поверь мне, теперь мы уже вселились на ранчо — это факт. Никому и в голову не придет нас трогать. Радиган исчезнет, а мы кто такие? Честные владельцы ранчо, заплатили за свои права, живем тихо-мирно, в ссоры не лезем. Будем вести себя тише воды, ниже травы, никто ни о чем и не догадается.

— Нет.

Оба собеседника обернулись на голос Анджелины. Торп начал что-то говорить, но девушка прервала его: