Чайлд поежился. По ночам с гор дул холодный ветер.

— Если тебе понадобится помощь, — заявил он, — тебе есть на кого рассчитывать.

— Слушай, Джон, — возразил Радиган. — Если дело дойдет до драки, не смей оставаться здесь. Это мое дело и…

— Ох, да перестань ты. Черт побери, ты прекрасно знаешь, что один не сможешь удержать ранчо. А если бы даже и мог, я бы все равно тебя не оставил. — Метис направился к дому. — Так на сколько земли они претендуют?

— На двадцать два. участка. Они лет пять будут их разыскивать.

— Что-то ты про это мне не говорил.

— А ты и не спрашивал. Мне понадобится каждый клочок этой земли. На следующий год я собирался часть скота продать, оставив себе только молодняк. Мне хочется увеличить стадо до пяти-шести тысяч голов.

— Понадобится много травы.

— Я знаю, где ее отыскать, целое море.

Войдя в дом, Радиган с изумлением огляделся по сторонам. Комната была чисто убрана, пол выскоблен, окна вымыты и кастрюли до блеска начищены.

— Джон, никак, ты ждешь гостей?

Джон пожал плечами. На лице его появилось ехидное выражение.

— Когда холостяк уезжает в город, мне не с кем болтать. Тебе пора бы жениться. Том.

— Мне? — остолбенел Радиган. — Откуда у тебя такие вздорные мысли? И где мне найти девушку, которая пойдет за меня? Да я даже не знал бы, как обращаться с ней, если у нее нет рогов.

Том с удовольствием потянулся за пончиками. Сегодня их была целая кастрюля.

— Ну-ка, не лезь, — предостерег его Чайлд. — Перебьешь аппетит перед ужином.

— Сдается мне, — вернулся к прежней теме Радиган, — что это тебе пора бы жениться. Ты становишься все суетливее и суетливее. Тебе давным-давно надо бы подыскать невесту.

Ответ метиса оказался по меньшей мере неожиданным.

— А я и был женат. Женат на девушке из племени шайенов. Как-то раз ее похитили юты, а я ее у них отбил. Она была очень хорошенькая и до смерти напугана этими ютами. А я заговорил с ней на ее родном языке и успокоил. Ночью я перерезал привязь у двух лошадей ^ взял девчонку и был таков. Нас преследовали больше сотни миль.

— А что было дальше?

— Мы жили к северу отсюда. У нас родился мальчик, но расшибся, падая с лошади. Это опять были юты. Мы путешествовали, а они напали на нас. Сперва поймали мою жену и прострелили ей голову. Я с мальчиком бежал, но он все равно погиб.

— Плохо дело.

— Ну, несколько лет мы все же жили счастливо… Воспитывали девочку. Она жила с нами четыре, нет, пять лет, а затем мы отдали ее на воспитание в женский монастырь в Мексике. Ей тогда как раз исполнилось тринадцать.

— Так она не твоя дочь?

— Нет. Она из семьи переселенцев. Команчи убили всех ее родных, а ее забрали прямо из фургона. Я отдал за нее четырех лошадей. Она два года оставалась в монастыре, а потом жила у какой-то зажиточной мексиканской женщины и ее мужа, пока те не решили переехать в Испанию. А девочка не захотела отправиться с ними.

Наполнив тарелку, Радиган уселся за стол. Он и не подозревал, что настолько устал. После долгой и утомительной скачки по морозу в теплой комнате его сразу разморило и начало клонить ко сну.

— И что с ней сталось?

Чайлд прочистил горло, и Том подозрительно поглядел в его сторону.

— Что с тобой? Ты заболел?

— Нет. В общем… ну, она едет сюда.

— Что? — от такого известия Радиган моментально проснулся. — Ты совсем спятил? Что мы тут будем делать с девчонкой в самый разгар сражений?

— А куда ей еще деваться? И потом, когда я велел ей ехать сюда, еще ни о каких сражениях и речи не было. Сейчас ей восемнадцать, и она полагает, что я единственный человек, к которому она может обратиться.

Техасец вне себя вскочил на ноги.

— Черт побери, Джон! Что на тебя нашло? Это совсем неподходящее место для девушки. Она ведь тебе даже не родня!

— Почти родня. Писала мне все это время. Ей всегда хотелось вернуться в горы. Понимаешь, мне кажется, кроме меня, у нее никогда не было настоящего отца, хотя я и не очень-то гожусь на эту роль. Она давно ко мне просилась, но я все уговаривал ее оставаться там. Она жила у славных людей, вот я и рассудил, что девушке пора научиться вести хозяйство и всеми прочему.