— Ну-ну, какой глупый трюк, — усмехаюсь шире. — Ничего лучше не придумал? Тебе позарез нужно вынудить меня дать повод напасть, но своими попытками ты только загоняешь себя глубже в землю. Уже оскорбления пошли в ход, а что дальше? Может сам себя ударишь и скажешь, что это я сделал?

Кожа на лице Сятжкова попеременно меняет цвет. То она бледная, то багровая. Нервничает и злится. Я прямо слышу, как скрипят мозги телепата. Хочет меня убить, но как он это потом объяснит Охранке? Никак.

— Предлагаю сделку, — наконец выдает это чудо в перьях. — Ты забываешь о сегодняшнем инциденте, а мы в свою очередь забываем о теб…

— Ха-ха-ха, рассмешил! — с громким смехом вытираю рукой выступившие на глазах слезы. — Сейчас попытка действительно была хорошая. Но нет, скоты, теперь я вас не забуду, — моя ухмылка пропадает. — Вы у меня за всё ответите. Готовьтесь к расплате.

Стяжков сжимает кулаки.

— Проваливай! — рычит он. — У тебя ровно минута, не успеешь удрать и мои люди прихлопнут тебя как комара, — он кивает на Мастеров. Серьезная угроза, конечно. Неудивительно, что Стяжков не сомневается в моем бегстве.

— Что ж, — встаю из-за стола, — тогда, пожалуй, я откажусь от твоего предложения.

Он округляет глаза, раскрывает рот, но не успевает даже пискнуть, как я швыряю в него пси-гранату. Мгновенная детонация, и Стяжков вместе со стулом падает на спину.

— Господин! — орут сзади Мастера.

И в этот миг раздается звон разбитого стекла, грохот автоматных очередей и шипение молний. В окна на тросах влетают мои гвардейцы. Мастера тут же пытаются контратаковать, но вспыхнувшие зеленым щиты заставляют их порядком удивиться и растеряться. Зато гвардейцы не теряются, пули и молнии громобоев щедро осыпают врагов. Кто-то из них даже не успевает облачиться в доспех, и падает сожженным трупом. Редкое везение.

Другие Мастера пробиваются к Стяжкову. Одна пущенная молния попадает в меня, но зеленое поле не пропускает разряд. Я тоже захватил несколько зеркалец. Почему бы нет? Гумалин наделает еще.

Мастерами пока занимаются гвардейцами. Я же формирую пси-клинок и подскакиваю к Стяжкову. Стонущий графенок, не вставая, бросается в меня пси-стрелами. Отбиваю их клинком как нечего делать.

— Неужели Стяжковы такие хреновые телепаты?! — с рыком замахиваюсь.

Графенок вскидывает вверх руку, в пальцах начинает формироваться пси-оружие. Не знаю что это. И не узнаю. Рубящим ударом разбиваю узлы псионики. В глазах противника плещется ужас пополам с болью. Он еще пытается достать меня ментальными щупами, но подпитанные с утра щиты такой ерундой не взять. Острие пси-клинка вонзается ему подмышку, и графенок отключается.

На всякий случай, пинаю его в лобешник. Точно вырубился. Убивать не буду. Пригодится как заложник.

Между тем вокруг всё еще кипит бой. Гвардейцы смогли уложить еще одного Мастера. Осталось пять. В то же время у моих людей артефактное обеспечение небесконечно. Как только зеркала закончатся — им кранты. Мои перепончатые пальцы, без меня никуда!

«Включаю» Воронова.

«Дорогу!» — гаркаю своим людям, и они дружно отбегают под шипение преследующих их молний и грохот пламени.

А я немедля разряжаюсь Голодом Тьмы. Всю пятерку накрывает скрежещущим черным облаком. Двух Мастеров мгновенно гасит. Трое выскакивают — прямиком под мой Каменный град. Гвардейцы активируют громобои. Навесной каскад молний накрывает врагов. Я еще раз выпускаю Голод. Снова Град. Снова Голод. Фух, подохли. Еще чуть-чуть — и сам бы рядом с ними прилёг.

— Хватайте этого, — пошатываясь, киваю гвардейцам на Стяжкова. — Быстро уходим в усадьбу… — я задумываюсь, пытаясь поймать скользкую мысль. — Ах, да — оставьте кого-нибудь подчистить камеры.

— Так точно, — старший гвардеец дает распоряжением двум бойцам и те бросаются искать серверную.

Во время боя я, конечно, накрыл камеры черным облаком, но вдруг в ресторане также имеется скрытое видеонаблюдение. Конечно, можно уже забить на всю эту конспирацию. Похоже, Стяжковы охотились на бастарда Филиновых. А если так, то скрываться уже не получится, в войне с графами мне понадобится вся сила Легиона. Но с другой стороны — чем дольше козырь пробудет в рукаве, тем больше шанс застать врага врасплох. Короче, палиться — лишнее.

Гвардейцы, прихватив вырубленного Стяжкова, уходят на улицу. Я же выбегаю к своему «Майбаху». Никитос и Змейка радостно приветствуют меня:

— Шеф!

— Мазака!

— Домой! Быстро! — гаркаю и запрыгиваю в салон. Хлопаю дверью, сквозь которую тут же просачивается Змейка. Горгона настолько напряжена, что змеи на загривке встали дыбом.

Никитос вжимает газ в пол, и мы вылетаем на дорогу. Следом рычат гвардейские внедорожники.

— Забей на ПДД! — бросаю Никитосу, опустив перегородку между сидениями.