— Слушаю вас, — у Краковича голова уже шла кругом.

— Я хочу, чтобы ты хорошенько уяснил: мне нужны ответы на все вопросы. И как можно скорее. Время ограничено, я могу дать тебе максимум год. К тому времени отдел должен заработать на полную мощь, со стопроцентной эффективностью, а нам с тобой должно быть известно все. Мы просто обязаны во всем разобраться, Феликс. Только тогда мы сможем сравняться с теми, кто все это устроил. Договорились?

— По-моему, это вполне логично, товарищ генеральный секретарь.

— По-моему, тоже. Так что немедленно приступай к работе. Желаю удачи... — И в трубке раздались короткие гудки.

Осторожно опустив трубку на рычаг, Кракович с минуту молча смотрел на нее, потом быстро направился к двери, на ходу обдумывая и составляя список самых неотложных дел, мысленно распределяя их по значимости. На Западе трагедию такого масштаба ни за что не удалось бы скрыть, но здесь, в СССР, это вполне возможно. Кракович, правда, никак не мог определить для себя, хорошо это или нет.

Первое. Погибшие и их семьи. Для родственников придется придумать какую-нибудь приемлемую версию — может быть, «несчастный случай»? Это он поручит посреднику.

Второе. Необходимо немедленно собрать выживший персонал отдела экстрасенсорики, включая тех троих, которые были в курсе событий. В настоящий момент они находились дома, но были проинструктированы и достаточно умны, чтобы молчать.

Третье. Нужно снести в одно место тела двадцати восьми погибших коллег и как можно лучше подготовиться к похоронам, которые следует организовать силами тех, кто остался в живых и кого удастся собрать, вернув из отпусков и командировок.

Четвертое. Следует немедленно заняться поисками новых сотрудников.

Пятое. Как можно быстрее назначить себе заместителя, с помощью которого можно будет приступить к полному и тщательному расследованию, проанализировать все с самого начала. Этим придется заняться самому, лично — таков был приказ Брежнева.

И, наконец, шестое... но об этом он подумает тогда, когда будут выполнены первые пять пунктов. Однако прежде всего...

Выйдя на улицу, Кракович отыскал водителя армейского грузовика — молоденького сержанта в форме.

— Как вас зовут? — без всякого интереса спросил он. Нет, определенно ему следует хоть немного поспать.

— Сержант Гульхаров! — встрепенулся водитель.

— А имя?

— Сергей!

— Сергей, зовите меня просто Феликс. Скажите, вы когда-нибудь слышали о Коте Феликсе? Сержант отрицательно покачал головой.

— У меня есть друг, который собирает старые фильмы, мультики, — пожав плечами, сказал Кракович. — Ну, в общем, есть такой персонаж американских мультфильмов — Кот Феликс. Он очень осторожный и хитрый, этот Феликс. Как, впрочем, и все коты. В американской армии так называют саперов — тоже Феликсами. Они тоже должны ходить очень осторожно. Может быть, моей маме следовало бы назвать меня Сергеем?

Сержант почесал в затылке.

— Я вас не совсем понимаю.

— Не обращайте внимания, — сказал Кракович. — Скажите, у вас есть с собой запас горючего?

— Только то, что в баке, — около пятидесяти литров. Кракович кивнул:

— Хорошо. Давайте сядем в кабину, я покажу, куда ехать. — Они направились на машине к бункеру возле вертолетной площадки, в котором хранилось авиационное горючее. Ехать было совсем недалеко, но все же проще было подъехать туда на машине, чем тащить канистры с горючим на себе до грузовика. Пока они ехали, подпрыгивая на неровностях дороги, сержант осмелился спросить:

— Что же здесь все-таки произошло?

Только сейчас Кракович обратил внимание на то, что глаза сержанта словно остекленели, и вспомнил, что тот помогал грузить в машину ужасные останки.

— Никогда не задавайте подобных вопросов. Пока вы будете работать здесь — а, возможно, вам придется провести здесь достаточно времени, — лучше вообще никаких вопросов не задавать. Просто делайте то, что вам скажут.

Они погрузили канистры с бензином в кузов грузовика и направились к поросшему лесом болотистому участку территории особняка. Несмотря на протесты Сергея Гульхарова, Кракович заставлял его ехать все дальше и дальше, пока машина не увязла в рыхлом снегу, перемешанном с грязью. Только тогда, когда грузовик окончательно застрял, Кракович сказал:

— Все, достаточно.

Они вышли, достали из кузова канистры с бензином, и, все еще продолжая протестовать, сержант помог Краковичу облить машину изнутри и снаружи авиационным топливом. После того как они закончили, Кракович спросил:

— Вы хотите забрать что-нибудь из кабины?

— Товарищ... — разволновался Гульхаров, — товарищ... э-э-э... Феликс, вы не можете это сделать. Мы не должны так поступать. Меня отдадут под трибунал, расстреляют! Когда я вернусь в казарму, они...

— Вы женаты? — Кракович лил бензин на землю, проводя им по снегу узкую полоску от грузовика до растущих в отдалении деревьев и дальше вглубь лесочка.