— Интересно, — протянула она. — Я даже не удивлена. Этот человек говорит нонсенс. Что-то на грани гениальной лжи и бреда сумасшедшего. Сразу ясно, что нельзя доверять ни единому его слову. Но есть ли у вас доказательства, Один?

Тот развёл руками.

— Только моя память.

— Кто ещё знает?

— Рейс.

Мадам Монтель нахмурилась.

— Леди Керрелл?

Один кивнул.

— Она. Вероятно, принц Керрелл тоже.

— Что ж, — мадам Монтель задумчиво прикоснулась к подбородку, перед ней из воздуха возник блокнот и слетевшее со стола сэра Рейверна перо сделало несколько заметок. — Альянс присмотрит за господином Роуэлом. И если у вас появятся хоть какие-то доказательства и серьёзные зацепки, — она посмотрела на обоих мужчин, — помните о том, что ни Альянс, ни Совет не лишали вас права говорить.

Хелена в нетерпении постукивала каблуком, обводя зал взглядом.

Один сделал это опять. Оставил её одну, не сказав, куда идёт, зачем и когда вернётся. Он должен был её сопровождать, а не привезти сюда и бросить! Вдруг ей стало бы плохо, или что-то ещё? Хелена фыркнула и тряхнула головой. И после этого он имеет дерзость прикасаться к её лицу!

А ведь в его отсутствие ей даже не с кем было поговорить. Про флирт и другие развлечения не могло идти и речи. Самые молодые мужчины в зале — император Райдоса и король Нефрита. Оба женаты. Последний даже прибыл с женой. Хелена пыталась отвлечься разговорами с ними, Дорин даже с лёгкой иронией заметил, что Мариус очень ждёт приглашений во дворец Санаркса и с её стороны очень невежливо и жестоко мучить его безразличием. Хелена в ответ рассмеялась, сводя всё в шутку. Хотя наверняка шуткой это не было. И ей это не нравилось.

Она могла бы получить Мариуса себе, стоило только захотеть, и никакая Розали бы ей не помешала. К тому же это была бы неплохая инвестиция в будущее: из богатства Нефрита и мощи Санаркса наверняка бы получился очень интересный, пусть и неожиданный союз. Но Хелена не могла назвать Мариуса другом, что уж говорить о чём-то большем? Она только кривила губы от таких мыслей.

После замечания про Мариуса беседа быстро сошла на нет. Хелена попыталась присоединиться к нескольким обсуждениям насущных политических проблем, но стоило ей приблизиться и поймать пару фраз, как разговоры сразу же обрывались, а участники начинали делать неловкие комплименты и отшучиваться, мол, зачем забивать ерундой такую прелестную головку. «Вы не поймёте, мисс Арт». Хелена выгибала бровь и фыркала, а список имён людей, которые точно впадали в немилость, пополнялся.

Они ещё пожалеют. Они просто ещё не поняли.

Хелена ударила каблуком сильнее, словно ставила точку, и казалось, что вышло слишком громко и звонко, и все слышали, и даже несколько взглядов скользнуло по ней, оставляя неприятный осадок. Но те скользнули — и пропали, потеряв интерес, а один остался. Он словно изучал её, пронизывал. Наблюдал достаточно долго, чтобы нахлынувшее раздражение ненадолго отступило, сменяясь любопытством — совсем лёгким, какого недостаточно для того, чтобы осмотреть зал в поисках смотрящего, но хватает, чтобы зажечь заинтригованную искру, — и вернулось снова. Она так устала от мальчишек, которые пялились на неё с другого конца зала, но трусили подойти! Здесь весь даже нет этих мальчишек! В чём проблема?

Хелена тряхнула головой, шумно выдыхая, отбросила упавшие на плечи локоны назад и на секунду замерла. Нервирующий взгляд ушёл, и словно стало легче, но ненадолго: приблизившийся сбоку чёрный силуэт заставил напрячься снова. Но Хелена даже не обернулась.

— Вы опять скучаете, леди Арт?

Его можно было узнать, не глядя: слишком яркое необычное смешение южного и заокеанского акцентов, подчёркнутое расслабленной небрежностью. Он даже не пытался как-то его скрыть или исправить. Будто гордился.

— Это не увеселительное мероприятие, господин Роуэл, — заметила Хелена, скрещивая руки на груди.

— Тем не менее, — он звучал вежливо до скрипа зубов, — я крайне удивлён снова видеть вас одну.

Хелена пожала плечами. Как будто она сама не удивлялась!

— И с кем вы представляете меня, господин Роуэл? — спросила она и сморщила нос, обводя взглядом зал. — Со стариками, чьи лысины сверкают как мои серьги? Или с милейшими леди, которые разучились говорить о чём-либо, кроме собственных детей? А может с теми, кто решил продолжить дневные политрассуждения и считает, что я глупее их?

Хелена с вызовом взглянула Ариесу в лицо, ожидая реакции. Он на пару секунд замер, а потом его лицо вытянулось, брови поднялись, и он покачал головой в сочувствии и понимании.

Хелена поджала губы: искренности в нём можно было не искать. Впрочем, сейчас её это мало волновало. Она впервые внимательно изучала его лицо.

Ариес был намного старше неё, но мог бы войти в промежуток, который она считала приемлемым. Он был привлекателен, даже в чем-то красив: смуглая кожа, открытое рельефное лицо с высоким лбом, острым носом и тонкими губами. А глаза у него были чёрные. Совершенно чёрные и совершенно пустые.

А ещё… Хелена нахмурилась, приглядываясь сильнее. На краткий миг ей показалось, что она разглядела на его щеках очертания чёрных ромбов, но Ариес отвернулся, перехватил с подноса два бокала красного вина, а когда повернулся, ромбы Хелена уже не видела. Должно быть, игра света…

Ариес протянул ей один из бокалов.

— Надеюсь, вы позволите составить себе компанию, леди Арт?

Хелена задумчиво смотрела на его пальцы.

С Ариесом что-то было не так. Рядом с ним дрожал воздух. Наэлектризованный, он покалывал кожу — не больно, но ощутимо. И, с одной стороны, ей не хотелось, чтобы он даже стоял рядом, чтобы резал слух своей речью. От него хотелось сбежать и никогда не подпускать к себе. Особенно сейчас, когда её молчаливый флирт и игра глаз привели его к ней, когда Ариес так или иначе показывал, что из себя представляет.