– Похоже на то, будто охотники дошли до реки и поняли, что мы даже не направлялись в ту сторону. Скорее вперед, у нас нет другого выбора, кроме как быстрее добраться до реки, иначе мы окажемся здесь в ловушке под их копьями, когда взойдет солнце.

Группа с трудом продвигалась по болоту, приглушенными ругательствами и проклятиями отмечая места, где сапоги сползали с их ног и их приходилось вытаскивать из липкой хватки грязи и мха, и все это время звуки преследования постепенно перемещались то справа, то слева позади них. Едва отойдя от последней остановки шагов на пятьсот, Арабус повернулся к Марку с выражением смятения.

– Кажется, я потерял дорогу. Инженеры легиона, должно быть, изменили направление, чтобы обойти это болото, и, вероятно, отсюда нет безопасного пути к реке, если идти вперед. Нам придется вернуться…

Римлянин склонил голову, чтобы прислушаться, а затем решительно покачал ею.

– Нет времени!
– Возбужденный лай охотничьих собак приближался. – Они чуют наш запах, что неудивительно, учитывая количество крови, которое мы пролили за последний час. Кроме того, с такой скоростью мы никогда не доберемся к реке до рассвета… - Он на мгновение задумался о том, что Верус рассказал центурионам в штаб-квартире Ленивого Холма, прежде чем прийти к решению, которое обдумывал с тех пор, как отряд забрел в болото. - Ответ один - не искать пути назад, а идти вперед, глубже в болото.

Дрест шагнул вперед, его шепот был полон настойчивости.

– Ты уверен, центурион? Мне это кажется смертельной ловушкой. Даже если мы не утонем в одной из этих грязевых ям, нас наверняка сразу же увидят, как только рассветет.

Марк покачал головой.

– Сделаем так, как сделал Верус, чтобы уйти от погони, когда он убегал от этих же самых охотников. Нам придется зайти в болото как можно дальше, насколько мы осмелимся, а затем поглубже закопаться в грязь. Будем надеяться, что вениконы не смогут нас увидеть, а их собаки не смогут уловить наш запах из-за запаха гниющего мха. Либо сделаем так, либо нам придется сразиться здесь с теми, кто нас преследует. Кроме того, у нас есть еще одно преимущество перед ними. Они хорошо знают этот путь к реке, а мы свернули с него и оказались в этой болотной пустыне из воды и грязи.

Дрест устало нахмурился.

– Э-э-э? В чем именно это преимущество?

Над болотом раздался еще один пронзительный крик, и потусторонняя нотка в крике охотника подняла волосы на затылке.

– Сейчас времени нет, я скажу тебе, когда мы пройдем еще. Ну давай же, вперед!

– Сегодня то же самое, господин?

Трибун Скавр спокойно кивнул и уставился на серый рассветный пейзаж, будучи слишком занятым пережевыванием черствого хлеба, и он подождал с ответом Юлию, пока ему не удалось проглотить твердый кусочек и прополоскать рот чашкой воды.

– Совершенно верно, примипил, почти то же самое. Я намерен обойти вениконов, как бы нападая на быка. Поскольку они уже приблизительно знают, где мы находимся, благодаря засаде на наших кавалеристов, я думаю, что будет лучше, если мы пойдем на юг тем же путем, которым пришли, через это удобное маленькое ущелье среди холмов обратно в Сковороде. А потом, и это мне кажется самым лучшим вариантом, когда мы очутимся у Сковороды, я думаю, мы повернем на запад и пойдем обратно к ним навстречу.

– К ним навстречу?

Он ухмыльнулся недоверчивому выражению лица Юлия.

– Правильно. Только мы будем идти по южной стороне холмов, а они пойдут к нашей последней позиции по северной стороне. Мы направимся на запад через Сковороду и через холмы на дальней стороне, и как только окажемся на той стороне западного края, мы сможем направиться к любому из дюжины фортов и перейти на защищенную сторону стены. Если повезет, они никогда не узнают, куда мы пошли, пока не окажемся в безопасности на другой стороне.

Его примипил почесал голову, и на мгновение задумался, прежде чем ответить, безуспешно пытаясь подавить нотку очевидного недоверия.

– Это не самый лучший план, трибун. А, что, если они поймут, что происходит, и не клюнут на наживку? Что, если мы встретим военный отряд, идущий в другую сторону где-нибудь в этом гребаном лесу?

Скавр кивнул, признавая это.

– Думаю, пора послать Сила и его всадников вперед разведать маршрут. Если вениконы решат вернуться той же дорогой, по которой они шли вчера, это должно стать для нас серьезным предупреждением.

Юлий отдал честь и отправился собирать своих центурионов, размышляя о потенциальной катастрофе, которую может повлечь за собой план его трибуна.

– Он явно чем-то не доволен.

Шанга фыркнул, услышав мнение одного из своих товарищей по палатке, когда его руки были заняты упаковкой своего снаряжения в одеяло, формируя сверток, достаточно плотный, чтобы уложить его на сгиб шеста для переноски.

– И ты бы не стал выглядеть довольным, если бы был ответственным за когорту вместо трибуна, который решил потанцевать во враждебной стране с криками: «Приди и возьми меня!» с быком, который жаждет засунуть свои рога нам прямо в задницу. Каждый день, когда мы танцуем этот маленький танец, нам должно везти, чтобы избежать встречи с синеносыми, тогда как им нужно чтобы им повезло только один раз , чтобы поймать нас. Судя по всему, это будет еще один день убыстренного марша, так что лучше позаботьтесь о том, чтобы у вас под рукой было хоть немного хлеба, чтобы поесть на ходу.