— Гриша, не делай мне нервы! — вздохнул я — всё же англичан было дохрена, и ситуация требовала личного контроля. Броненосцев у нас не так много, и потеря хотя бы одного дорого будет стоить. Мы тут жилы рвём, чтобы свой флот нарастить и идёт всё очень туго между прочем. Мне пришлось по ходу боя отменять решения капитана «Варяга» потому что действовал он мягко говоря не верно, хотя потом и исправился. Да я бы на берегу от инфаркта бы помер от переживаний, а в бою всё же спокойнее. Сам-то ты тоже на «Посейдоне» пошёл, так что не звизди!

— Да тебя одного нельзя оставлять! То корабль просрёшь, то в плен попадёшь, а то ещё чего похлеще отчебучишь! — не унимается Гриша, припоминая мне все старые грехи — ты кстати решил, что с тем хламом делать, который нам достался? Я вот посмотрел трофеи, они не утонули только потому, что их чайки засрали! Китайцы и японцы их не купят, они привыкли к нашему качеству. Прикажешь работы на верфи остановить и всех мастеров на ремонт кинуть?

— Нет братка, ремонтируем только бомбардирские корабли и «Варяг», остальное всё же надо попытаться толкнуть партнёрам как есть, пусть и по заниженным ценам. Пусть сами ремонтируют, а если не купят, то разобрать на дрова. Работу над броненосцами прекращать нельзя! — запротестовал я — скоро поход, а на одном «Варяге» идти в такое дальнее плавание опасно. Хотя… Пару фрегатов и линкоров Петруше можно толкнуть. Только вот тащить их с собой не хочется. В Охотск их что ли перегнать? Да нет, он замерзает зимой… Чего у нас там есть из незамерзающего ряда? Бухта Троицы, гавань Посьет, Невельск? Там пусть стоят, да перегонные команды ждут? Надо обдумать…

— Всё же решил? — обреченно покачал головой мой друг — полмира пройти придётся, а потом в бой с неизвестным исходом и без прикрытия. Ты может погодишь пока? На год отложим, или на два. Или тебе хоть куда, лишь бы подальше от дома? Давай я лучше твою Арин крысиным ядом отравлю? Возьму грех на душу! Да и у нас тут ещё дел невпроворот! Если ты не забыл, к нам вообще-то по суше армия двигается, и солдат там дохрена и больше!

— Да помню я! Чего пристал как банный лист?! Ты мне каждый год одно и тоже талдычишь! Пока «Шторм» и крейсера достроят, с армией этой мы разберёмся — психанул я — а идти надо Гриша, иначе эти походы не прекратятся! Мы ботву вырываем, а корни остаются. Откладывать больше нельзя. Зови сюда Сидора с Муром лучше, пусть отчитаются о подготовке. А ещё лучше пойдём к ним сами, чтобы им сюда карты не тащить, и отца Михаила пусть предупредят.

Бывшая администрация города, где раньше располагались все службы колонии, сейчас стала вотчиной военных. Каждое ведомство отстроило свою резиденцию, но вояки предпочли остаться в старом помещении. Сейчас тут располагался генеральный штаб моих войск и разведывательное управление.

— Ну орлы, докладывайте! — войдя в зал совещаний, я уселся на своё место и махнул рукой, приглашая всех собравшихся присоединится ко мне — как проблему решать будем? Давайте подробно!

— Я, пожалуй, начну — отец Михаил за эти годы совсем не изменился, он как обычно был спокоен как слон и его лицо не выражало ни каких эмоций — как вы знаете, первые сведения о том, что разведывательные отряды британских рейнджеров ищут сухопутный маршрут к Форту-Росс, у нас появились почти пять лет назад и из разных источников. От прибывших паломников и переселенцев, а также от индейцев, которые имеют связь и торгуют мехами с племенами, проживающими и кочующими восточнее побережья. Так же буквально четыре месяца назад, была частично уничтожена, частично пленена группа индейцев и европейцев, представлявшихся трапперами уже непосредственно на нашей территории. После… скажем так, опроса выживших, установлено, что это одна из разведгрупп противника, в которую входили рейнджеры и кадровые английские офицеры картографы. Найдены и изъяты кроки с маршрутом группы и записи картографа. Всё это время англичане закладывали форты снабжения, прокладывали тропы и прорабатывали разные варианты маршрута. В настоящее время маршрут утверждён. Протяженность его составляет примерно полторы тысячи миль и в основном он пролегает вдоль русел рек, ручьев или вблизи источников. Почти пятнадцать тысяч солдат и офицеров, с артиллерией и обозами сейчас по этому маршруту вышли в путь, направляясь к нам. Собственно, английских, голландских и французских регулярных войск около шести тысяч, остальные — это отряды, набранные из индейцев, негров и креолов, а также колониальная милиция. Часть пути, а именно перевалы и несколько переправ, повозками не проходимы, так что с собой у них множество вьючных животных, а именно мулов и валов. Соответственно пушки они тоже планируют перевозить вьюками, калибр у них не большой. Кавалерии нет, по нашим данным лошадей для передвижения используют только офицеры. К нам пойдёт основная часть этой армии, небольшая часть осядет в фортах и магазинах по пути движения. Теперь о главном. На пути движения армии есть несколько сложных участков. А именно, перевал, пустыня и долина одной из рек, где вода не пригодна для использования так как она щелочная, отсутствуют дрова и почти нет травы. Участки вполне проходимы, если не задерживаться там на долго. Однако если задержать там всю армию хотя бы на несколько дней, то неизбежны серьёзные проблемы. Падёж вьючных животных, отсутствие пресной воды и условий для приготовления пищи и комфортного ночлега, неизбежно приведёт к потере обоза, части солдат, а также отрицательно скажется на морально-волевых качествах армии вторжения. На карте эти участки отмечены! У меня всё!

Я восхищённо слушал монаха. Шпарит как по писанному! Вот что значить с умным человеком общался десять лет (это я себя имею ввиду). Мишка вырос просто на глазах, он даже уже не пытается вставлять свои «на всё воля всевышнего и святого Виктора» или делать отсылки к святому писанию или изречениям богословов. Речь профессионала высшей пробы! Проделать такой объем работы и получить те сведения что он предоставил, сейчас не каждая разведка даже крупных государств сможет.

— Ну что же, поработали вы неплохо, теперь осталось только эту информацию правильно реализовать. Сидор, Мур, что скажете? — я похвалил монаха и повернулся к своим воякам.

— Мы выбрали два места, где можно как следует задержать противника даже небольшими силами. Первое место, река, пусть будет Неизвестная. Долина реки около трехсот миль, почти полностью пустынна, нет достаточного количества древесины, и растительности вдоль берегов, как сказал Михаил, вода не пригодна для использования. Второе место — пустыня шириной около сорока миль. На протяжении этого пути нет ни одного источника воды, сплошной песок. Предлагается устроить в обоих местах заслоны с заграждениями и на подходе остановить армию противника огнём из ракетных установок. Возьмём с собой временные деревянные направляющие, там их сожжём или бросим. По нашим расчётам, противнику понадобится от одного до, при благополучном исходе, пяти дней, чтобы сбить наш заслон — отчитался Мур — в поход уже вышли трапперы, казаки Сидора и несколько отрядов союзных племён. После боестолкновения они продержатся сколько смогут и отступят, обойдут армию противника с тыла и будут сопровождать, нападая на обозы и ведя ночной, беспокоящий огонь лагеря англичан. На второй позиции так же. Разведотряды будут тоже постоянно сопровождать войска союза на всём пути следования. Перед войском пойдёт специальный отряд, который будет устраивать завалы, засады и жёг травы на пастбищах. По нашим расчётам, в таком режиме и под постоянным нашим давлением противнику понадобится около трёх месяцев, чтобы добраться до наших земель, мы же сможем выбрать место для битвы и подготовить позиции. Кроме того, наши «кошмары» смогут поддержать нас огнём и препятствовать форсированию водных препятствий на широких участках рек и озёрах.

— А что с перевалом? Ведь Михаил говорил и о нём — поинтересовался я — Там так же можно сделать заслон?

— Далеко перевал боярин — вступил в разговор Сидор — не успеем раньше басурманов дойти, а если и успеем, то много ракет с собой взять не сможем и уйти будет большая проблема. Пустыня и долина реки Неизвестной гораздо ближе, и они не далеко друг от друга. Как только наглы из одной задницы выберутся, так сразу во вторую и попадут! Да и мои казачки с индейцами им на всём пути холку мять будут, придут взъерошенные, сонные и худые! А тут мы их такие красивые и толстые и встретим. Хорошо получится, зуб даю!

— Ты так зубами бы не раскидывался Сидор — хмыкнул я — без зубов останешься. Толстые и красивые говоришь? Ну-ну…

— А Сидору чем толще, тем красивее! — рассмеялся Гриша.

— Ты боярин не смейся. Пока толстый сохнет, худой сдохнет! — надулся казак. Он и правда за эти десять лет знатно раздобрел. И постарел, чего уж там…

— Ладно, тут понятно, подготовьте мне подробный доклад на понедельник — отсмеявшись сказал я — как там новенькие поживают?

— Справные казаки! — повеселел Сидор. К нам каждый год из Охотска приплывают переселенцы, в основном беглые крестьяне и казаки, наверняка и разбойники среди них есть, но что было там, за океаном, там и осталось. Нет сейчас договоров о выдачи преступников… Последним рейсом охотники на китов и каланов привезли аж семьсот человек! За лучшей долей к нам люди тянутся, ещё первые посланцы атамана Охотского острога слухи пустили о рае на земле, что есть за холодным океаном, и с тех пор они только множатся — шестнадцать хуторов отстроили! Три сотни бойцов как на подбор и отроки подрастают. Через лет пять полк будет! Третий казачий!