Пошли втроем, с трудом убедив амазонок прикрывать тылы, а не меня. Дедушка Лу и Астрид хотел оставить, но переубедить упрямую ботанку не удалось.

— Не делайте резких движений, не светите оружие, — Лу взял сумку с деньгами, и пошел к воротам.

— Было бы, что светить, — я проверил «кольт» и заткнул его в самодельную кобуру на поясе на спине.

Мои напарники безоружные, у меня только револьвер с десятком патронов в запасе. Топор и тот пришлось отдать Саеду для ремонта и заточки после долбежки по стеклам-триплекс. Из старых запасов сохранился только «нитроэкспресс» (лежит в «пиранье»), но к нему всего три патрона. Все остальное, нажитое непосильным трудом, либо кануло в Лету, либо по рукам пошло и концов уже не найти. Лагерь миротворцев уже пуст, по заначке Лехи давно только сквозняки гуляют, охотничий клуб и тот по наводке Вадика уже подчистили.

Так что ссориться с торговцем, нам было не с руки. Вот и стояли под камерой, косились на расстрелянные тела зомби и трясли банкнотами, улыбались, да Дедушка Лу терпеливо давил кнопку звонка, твердя в динамик, чтобы нам открыли.

С той стороны нам не ответили, но музыка прекратилась, а потом щелкнул замок. Я толкнул ворота, и мы попали в прохладный предбанник ангара. В глубине виднелось помещение, выполнявшие роль офиса, стены которого доходили до полутора метров, и дополнительно были завалены мешками, на манер бруствера. А выше было стекло, во многих местах битое. Под потолком на двух канатах болталась старая вывеска с потрескавшейся краской, на которой еще можно было прочитать: «Товары для туризма, охоты и кое-чего еще».

Путь к офису преграждали металлические ежи и бетонные блоки с кусками арматуры, дублируя уличный лабиринт. На полу перед блоками лежало несколько мертвых тел.

Дедушка Лу помахал в сторону офиса, мол свои — не стреляйте, и потянул нас с Астрид между блоками.

— Ведите себя спокойно, он хороший человек, только резкий и прижимистый. Торг уместен, но все равно облапошит, не заметишь. Говорить буду я, он английский понимает.

Дедушка Лу помаячил над мешками, заглянув в разбитое окно, еще раз махнул рукой, крякнул и потянул укрепленную стальными листами дверь.

В комнате было тесно. Вдоль стен штабелями стояли военные ящики, в углу верстак, на котором лежал разобранный АК-47, а по центру длинный стол, частично заваленный холодным и огнестрельным оружием. Гудел большой старый вентилятор, щелкая погнутой лопастью.

За столом сидел крупный мужчина с сигаретой в зубах, не бычара, но приличный кабанчик килограмм под сто. Когда он поднялся и протянул руку, буквально проглотив костлявую клешню старика, стало понятно, что и ростом природа не обидела детину. На меня он не смотрел, а вот по Астрид прошелся довольно многозначительным взглядом. Глаза вроде карие, в полумраке сложно различить. На широком овальном лице крупный нос и недельная щетина со следами первой седины, хотя нестарый, лет сорок с хвостиком.

— Здравствуй, Грек, — Дедушка Лу с усилием вынул сплющенную руку и махнул за спину, — У тебя там на полу трупы.

— Знаю, переговоры вчера не задались, — мужик затянулся, не сводя взгляда с Астрид. — Не успел убрать еще, ворота сначала надо было починить. Вам чего?

— Оружие нужно, — Лу перехватил Астрид, уже протянувшую свой список, — Много. И еще оборудование для лаборатории. У тебя же много чего есть?

— Чем платить будете? — торговец выдохнул дым, размял шею и спросил по-английски, не повышая голоса.

— Наличными, — я сделал шаг вперед, выдержал изучающий, в чем-то презрительный взгляд, будто меня только заметили и удивились, что я тут, и, не удержавшись, спросил, — А ты правда грек?

— Македонец, — на выдохе ответил торговец, сделав акцент на последнем слоге, — Но можешь звать меня Грек, так привычней. За наличные только мачете, да тяпки. Вон, в углу стоят, выбирай.

— Мне бы что-то поубойней с большим калибром. Дробовики, например, может «Дезерт игл» завалялся или «Корд», чем мощнее будет зомби долбить, тем лучше. Плюс патроны нужны под «нитроэкспресс»…

— Хм, — Грек сделал вид, что задумался, а потом сказал такое, что Астрид за моей спиной пискнула, а Дедушка Лу закашлялся, — Дам два АК, а девчонку оставляй.

— Грек, так дела не делаются, — я помотал головой, — Хотели бы с уродами пообщаться, пошли бы с бандами торговать.

— Расслабься, дружище, может, я шучу? — Грек еще раз затянулся, выкинул окурок и вдруг поднял со стола револьвер и направил его в мою сторону, — А может быть и нет.

Торговец выстрелил, пуля прошла в нескольких сантиметрах от моей головы, зазвенело разбитое стекло, а со стороны входа послышался крик боли и мат на местном наречии. Я резко обернулся и увидел, как через ворота пытаются перелезть вооруженные люди. Не зараженные, а шпана очень похожая на фермеров, по-быстрому переделанных в солдат.

— Накаркал, придурок, — Грек бросил револьвер на стол, развернулся к ящику за спиной, и повернулся обратно уже с ручным пулеметом М 249. Заботливо погладил его, но потом протянул мне. — Говорил же этим пидорам не лезть на мою территорию. Подсоби, ща будем им сиртаку устраивать!

Грек моментально преобразился. Исчезла тучная сонливость, толстый боров преобразился в дикого вепря. С его габаритами получилась какая-то адская смесь викинга и спартанца, вот реально — крикни он сейчас: «За спарту!» Я бы не удивился. Вид со вторым М 249 у него был хоть на плакат вешай.