Сработал он не идеально, но хотя бы сработал.

Эмме доставило отдельное удовольствие, когда эту тварь Клаю накрыл круг света и она запылала, завыла от боли. Пока гвардейцы перезаряжали оружие, а Олег взял на себя мертвеца, эта тварь попыталась отползти. Но не тут-то было. Эмма перестроила потоки силы, и мёртвую суку вжало в землю. Остальное было неизбежно.

Новый залп — и вампиршу разорвало на куски.

— Да что это творится-то… — выдал рядом Костя.

Лицо Эммы прочертила кривая ухмылка. Олег и правда по меркам людей вытворял что-то невероятное, размываясь в воздухе и сталкиваясь с мертвецом. Но это было лишь начало боя.

Так оно и вышло. Сражение набирало обороты. Две тени носились по пустырю, атакуя друг друга. Выстрелы из ружей особого толка не давали.

А потом… Потом всё вышло из-под контроля. Мертвец бросился на них. Эмма увидела, как умирают её гвардейцы. Олег бежал на помощь, но не успевал.

И тут пришла темнота.

Эдуард Олегович стоял и не знал, что делать и куда податься. Их план и так походил на авантюру, а тут уж и вовсе какой-то бедлам начался. Два ночных боя, а теперь вот это.

— У кого есть мысли, что делать? — озвучил общий вопрос Альберт.

Они все столпились в кучу и наблюдали за поединком. Гвардейцы хотя бы могли стрелять. Им же оставалось только наблюдать.

— Готовиться! — раздался властный женский голос. — Я снимаю ритуал, копите силы!

Приятное тепло исчезло, как и свет. Сразу стало темнее, и на несколько секунд Эдуард Олегович потерял из виду парня и его противника. Что творит Олег не укладывалось в голове. Мальчишка бился как потомственный мечник.

Невозможно. За гранью восприятия.

— Задержите его! — крикнула женщина, что ими командовала.

Эдуард Олегович встряхнулся. Они заранее тренировали общую технику, как раз для такого случая. Раз, два, три… Техника улетела в противника и неожиданно попала.

Только, как их заранее предупреждали, это не имело особого смысла.

— Что делать, мля?! — занервничал Альберт.

— Молиться, — припечатала женщина.

— Какое нахрен молиться?!

— Молиться и верить! В него! Он единственный, кто может спасти нас…

Объяснить свою мысль она не успела. Мертвец развернулся и побежал на них. Так резво, что Эдуард Олегович успел лишь дёрнуться, но не отойти, не убежать, не встретить чем-то.

Росчерк топора, и пролилась кровь. Капли упали мужчине на лицо. Он попятился и упал на задницу. Его затопил самый настоящий ужас. Глаза расширились, и то, что произошло дальше, он разглядел во всех деталях.

Олег догнал мертвеца, но за миг до этого тот метнул топор в женщину. Счёл её самой опасной. Лезвие снесло её, отбросило на землю. Парень закричал, и было в этом крике что-то такое, что пробрало до самой души.

После чего пришёл Свет, и на этом никому не нужном пустыре воспылало солнце.

Эдуард Олегович смог видеть далеко не сразу. Свет, который разорвал ночь, ослепил и оглушил. Поэтому сначала мужчина только слышал.

Какое-то шипение, бульканье и рычание. Человеческое и нечеловеческое. От чего было страшнее, мужчина бы в жизни не смог определить. Были и другие крики, снова бульканье, выстрелы.

Эта безумная какофония стояла, казалось, целую вечность.

На одних инстинктах, не желая погибать, Эдуард Олегович перевернулся и ползком отправился подальше. Обдирая ладони и колени — но в тот момент его это не волновало.

Звуки закончились внезапно. Будто их кто-то разом выключил. Но это было обманчивое впечатление. На самом деле звуки были. Кто-то стонал, кто-то шуршал и двигался, задевая разбитые куски асфальта.

Эдуард Олегович подумал, что вот и всё. Отбегался. Сейчас срубят голову, и на этом всё закончится. В лучшем случае. В худшем — впереди ждут пытки.

Но ничего не происходило. Точнее, происходило много всего, кто-то даже отдавал приказы, но в голове шумело, из глаз текли слезы, по-прежнему ничего не было видно и общая картинка как-то не складывалась.

Шли минуты. Зрение начало потихоньку возвращаться. Никто не спешил убивать и брать в плен. Вскоре настал тот момент, когда Эдуард Олегович смог смутно рассмотреть, что происходит. Часть гвардейцев точно выжила. Он их узнал по форме. Они что-то делали. Кого-то несли в машину. К мужчине тоже подошли.