Но это не касалось количества приглашенных гостей, селебрити на нашем торжестве и самого большого помещения в стране. Ну да, племянник эмира женится на красивой и тихой девушке. Даже чересчур тихой. Некоторые удивлялись, почему я все время опускала глаза перед родственниками жениха и молчала. Назире удалось меня прикрыть словами волнения перед брачной ночью.

Пока все вокруг веселились под громкую музыку в просторном зале, украшенным навесами и золотым орнаментом, у меня было время подумать о многом. Я несколько раз ходила в молитвенную, старалась получить ответ на свои вопросы у всевышнего, однако они не последовали. Смогу ли вернуться в Лондон? Продолжу ли учиться? Захочет ли шейх детей прямо сейчас или я смогу оттянуть период материнства? Наверное, сейчас не время, все-таки сегодня моя свадьба.

Наша жизнь предначертана судьбой, но я всегда думала, что она окажется более яркой и насыщенной, чем сейчас.

Вокруг так много шума, много еды, веселой, громкой музыки и охраны. Они стояли на каждому шагу в общем зале. В женскую часть их не пустили – Назира настояла, чтобы женщины спокойно повеселились отдельно от мужчин, не стесняясь снять свои верхние одеяния. И я была рада требованию мачехи – мне действительно стало спокойнее среди женщин.

Хайя пришла на свадьбу, хотя я думала, что она ее пропустит. И она танцевала лучше всех, ярче всех, словно она невеста, а не я. Наши родственники из Катар подходили к ней с поздравлениями, а не ко мне. Хайя тоже была в белом, с множеством золотых украшений. Назира не препятствовала бунтарству дочери, а мне было все равно. Если это улучшит отношения между нами, я приму и этот выпад.

Она ни разу на меня не взглянула, а если бы посмотрела, то заметила бы в моих глазах просьбу о прощении.

Двери медленно открылись, когда все женщины покрыли головы. Громкая музыка утихла, гости расселись по местам, когда шейх Карим ступил ногой в женский зал. Ему было так плохо в мужском зале? Или решил проведать меня здесь впервые за пять часов?

– Ты сегодня прекрасна, – прошептал мужчина мне на ухо, наклонившись чуть ли не под углом девяносто градусов – настолько высоким он был.

Я знала. Почти все родственники сказали о моей красоте, а визажисты выгодно подчеркнули цвет и форму глаз. Они смотрелись еще больше и выразительнее, но в то же время невинно и женственно, а полные губы накрасили нейтрального цвета помадой.

– Нам пора, Амина.

– Уже? – удивленно уставилась на шейх… то есть на мужа. Нужно привыкнуть к этому слову.

– Сейчас двенадцать ночи. Ты, наверное, устала.

Есть такое. Мышцы немного болели, да и кожа тоже после ночного шугаринга и приготовления к торжеству. Да и эмоционально, наверное, выдохлась за этот день, который длился вечность. Надеюсь, оставшиеся дни празднования я смогу отсидеться в покоях шейха под предлогом бурной брачной ночи. И, желательно, без него самого.

Все гости вышли в общий зал, чтобы проводить нас. Эмир приблизился к моему мужу, пожал руку и что-то шепнул, тем временем папа оказался возле меня и поцеловал в лоб.

– Благословит тебя Аллах, дочка.

Я постаралась улыбнуться и скрыть слезы отчаяния, которые вот-вот грозились пролиться по щекам. Сейчас не тот момент. Не тот. Сейчас мы должны сесть в его Роллс-ройс и уехать в наш дом. Интересно, почему я не застала будущую свекровь? Куда делись его родители? С шейхом был только эмир, остальных родственников я не знала. Я даже о своем муже ничего не знала, не говоря уже о новоиспеченной родне.

Музыканты снова заиграли зажигательную музыку, пока я пыталась не наступить на подол пышного платья в европейском стиле. Шейх… то есть муж… то есть мужчина поддерживал меня и следил, чтобы мы спокойно дошли до выхода. Да, лучше проследить, чтобы я снова не упала, в прошлый раз это плохо закончилось. К тому же нога порой давала о себе знать.

Но стоило охране коснуться ручки двери, как она резко распахнулась, а перед нами появился запыхавшийся парень в белой летней рубашке и штанах.

И я его знала…

– Амина…

Шахир…

Сердце остановилось, когда я увидела его. Растрепанные волнистые волосы, потемневшие карие глаза, полные ярости и злости. Когда-то высокий парень казался мне ниже. Наверное, из-за сутулости или из-за того, что опирался на золотую ручку входной двери.

Его грудь слишком часто поднималась и опускалась под белоснежной рубашкой, ноздри резко раздувались и сдувались. Он не смотрел на меня, знакомый когда-то нежный взгляд прикован к мужчине, которого я держала под руку.

– Ты все-таки вышла за него. Шайтан помутнил твой разум! А, черт!

Охрана подошла к Шахиру и скрутила его по обе руки. Они хотели увести незваного гостя, но мужчина рядом сделал один единственный жест руки, после которого охранники в белых одеяниях оставили парня в покое.

Один жест решил судьбу Шахира, одно слово решило мою судьбу…

– Кто ты?

– Я – ее жених! – яростно выкрикнул Шахир, потирая запястья.

На нас смотрели родственники, многочисленные гости, которых позвал отец с эмиром для поддержания связей. Я мысленно хотела исчезнуть отсюда или хотя бы остаться одной в четырех стенах, где меня никто не увидит.