Посадка вышла жёсткой, но я всё ещё оставался на ходу. Удар был чувствительным даже для мага… Боюсь даже представить, что испытал бы обычный человек. При моей “аварийной” посадке пострадала и машина, но мне было плевать - жизнь была важнее. Раздался неприятный хруст - что-то отвалилось, или сломалось. Управление ухудшилось, но машина оставалось на ходу. Параллельно со своей ездой на грани жизни и смерти я созванивался со слугами, которым велел спрятаться и не отсвечивать.

Я гнал изо всех сил, соблюдая лишь один девиз: “если сомневаешься - дави на газ”

Девдана бы проняла гордость, если бы он увидел то количество нарушений, которые я совершил.

В быстром темпе удалось проехать несколько кварталов, но затем стали образовываться проблемы одна за другой - погоня, которая не собиралась отставать. Перекрёстки, которые так и норовили загореться красным, да и сама машина всё хуже тормозила и всё медленнее ехала, теряя изначальную скорость. Так, в один из неприятных моментов мне вовсе пришлось остановиться на перекрёстке и быть зажатым другими машинами. Мне удалось выглянуть в окно… Лучше бы я не выглядывал… Тот удар при приземлении с холма, когда что-то отвалилось - это было переднее колесо.

Но все проблемы когда-нибудь уходят, как и эта. Я начал набирать скорость, пуская искры из-под машины тем, что осталось от потерянного колеса. Двигатель рычал как лев, а я нёсся всё быстрее, держа направление прочь из города. Мне удалось оторваться от погони в свободное окно. Вернее свободным это окно считал лишь я… А ещё думал, что же дороги перекрыты, а эта нет... На одном из перекрёстков прямо по середине стоял инспектор Харуто, который не уходил с проезжей части, не смотря на мои истошные бибиканья.

Ну, моя жизнь дороже - подумал я и вдавил педаль газа в пол. Лицо инспектора озарила ухмылка, он специально подбежал под траекторию движения автомобиля. Как бы я не пытался свернуть - он всё так же подходил прямо на несущийся на него автомобиль. Мне не удалось от него увернуться, и я сбил инспектора ороса…

Ну всё, теперь мне в лучшем случае грозит лишь плаха, если его коллеги не запытают меня до смерти!

Не зря в орос идут лишь лучшие! Инспектор оказался очень хитёр - он специально шёл на мою машину. Когда до сбития безбашенного инспектора оставались доли секунды, хитрожопый Харуто замерцал и в момент его появления в осязаемый мир выхватил меня из машины.

Ни в чём не повинный автомобиль врезался в дом, где и закончил свой жизненный путь. Инспектор держал меня за шкирку, его злой взгляд встретился с моим и…

Очнулся я в больничной палате, где были и мои слуги. У Айано было заплаканное лицо, а Тетсуо выражал всем своим видом желание сметать горы, убивать, мстить…

В общем, настрой слуг начинался от плачевного варианта и заканчивался решительностью силовых действий. Честно говоря, было приятно. Меня любят, ценят, уважают, готовы за меня мстить…

После слёзных приветствий и пожеланий скорейшего выздоровления, вошёл инспектор. Он вежливо попросил слуг покинуть больничную палату и те, после моего кивка, вышли.

– Ну вы и задали жару, Даичи-кун! Чтобы вас поймать, пришлось перекрыть десятки улиц. Даже мне пришлось выйти в поле, дабы вас изловить!
– то ли с уважением, то ли с укоризной сказал инспектор. По большей части его лицо выражало восхищение. Похоже, инспектор восхищался тем, что я почти неуловим. Естественно, он так бы не восхищался, если бы сам лично не поймал меня. А так получается, что он поймал того, кого невозможно поймать. И чем круче был тот, кого он поймал - тем круче был и сам инспектор.

Конечно, он дополнительно сгущал краски - мол, самому инспектору ороса пришлось ловить меня. Ситуация обычному человеку могла бы показаться ужасной, но по сути ничего плохого я не совершал. Максимум, что можно мне приписать - нарушение правил вождения и общественного порядка. Аристократы и не такое нарушали без каких-либо проблем в будущем… Никого я не убивал, а сбитие инспектора нельзя считать за полноценное сбитие - я уворачивался от него, подавал звуковые сигналы, а на машину он бросился сам. В моём прошлом мире это было бы невозможно доказать, но в этом были менталисты… О них, конечно, отзывались резко негативно, но правду они выясняли всегда - это и была основная проблема негативного отношения к ним. Как аристократ, я имел возможность вторым проходить ментоскопирование, оставив первое место на прохождение для инспектора. Смысл ментоскопирования был в том, что с человека копировали последние воспоминания. Это могли делать только в редких случаях, обычно аристократов не привлекали к этому делу, иначе бы поднялись волнения. Но если и делали, то делали такую штуку только с личного согласия аристократа. Исключением были лишь террористические акты, измены родине и ещё пара самых страшных статей - в этих случаях согласия не просили. И то делали это в самом последнем случае, когда вина уже была доказана - для выяснения дополнительных обстоятельств. Даже если я виноват в том, что сбил инспектора, то где убийство, ну хотя бы его травмы? Вот он, гад эдакий стоит, улыбается и пытается отчитать меня.

Тем временем инспектор продолжал:

– Вы осознаёте всю тяжесть совершённых вами преступлений? Столько законов нарушать…

– Могут только аристократы, - с усмешкой перебил его я. Лицо инспектора озарила гримаса гнева, но он быстро взял себя в руки.

– Вы совершили попытку убить сотрудника отдела расследований по особым случаям, - твёрдо ответил он.

В чём-то инспектор был прав. За угрозу жизни сотруднику такого агентства и тому, кто покушался на его жизнь, грозили страшные статьи, ведь в понимании власти О.Р.О.С. и был самой властью, а за покушение на власть наказание одно - смерть. э