Шрифт:
Думается мне, что на далёкой матушке-Земле, товарищ Станиславский на миг перевернулся в гробу, вскрикнув:
– Верю!
А теперь повытирать лоб, как будто потом исходим. И дышим почаще. Тяжело же было.
– Ой, спасибо, мальчики, – довольная освобождением Леофаста обмахивает ладошкой мордашку. А затем, ухватив свои доечки руками, слегка покачала их и вопросила:
– Ну и вот как вы меня так подвели то, девочки?
– Кхм… – Олег кашляет в кулак. – Уважаемая, не могли бы вы прикрыться?
– Стесняшка, да? – богиня слегка толкает Мальвину в бок локтем.
Как вы понимаете, эту баламутку, возмутило не то, что её с голой заднице застали, а то, что с голой задницей под кроватью.
– Ещё какой, – вздыхает фиолетововолосая красавица.
– Трудно тебе, – понимающе кивает блондинка.
– Выживаю, как могу, – сокрушается Мальвина.
– А у него ещё и огромный инструмент!
– Использую на всю. Хи-хи-хи…
– Хи-хи-хи… – поддерживает богиня.
– Хватит уже! – возмущается красный, как рак, Олег.
Да уж. Не знаю. То ли Леофаста по жизни безбашенная, то ли заразилась от нас. Не удивлюсь если второе. И поверьте, я тут не причём. Это половым путём не передаётся. Скорее воздушно-капельным.
Ладно. Пропустим прочие препирательства и другие не очень интересные рассуждения. Тут важнее другое. В кого превращать Мальвину? Ибо как сказала Леофаста:
– Есть проблема, ребята. Эдем очень зол, его там до сих пор строят и разводят.
– В смысле грабят?
– И это тоже, – соглашается богиня. – Так что надо думать. Уверена, что любое существо, похожее на ангела, будь то локис, или мы другое название придумаем, тут же будет приписано к подвиду ангелов. Не исключено, что Эдем уже подстраховался по этому поводу. Всё что мне приходит в голову, это забрать крылья.
– Нет, так нельзя! – Мальвина прижимает руки к груди.
– Согласен! – кивает Молот. – Нельзя отбирать крылья. Мы уж лучше так, чем Лиза будет несчастна.
– Ой, вы такие миленькие, – завёрнутая в простынь Леофаста, прижимает ладошки к лицу. – Я так хочу вам помочь, но не знаю, что делать. Егор, ты должен что-нибудь придумать!
– А почему я?
– А почему не ты?
– У Молота голова большая, вот пусть и думает!
– Брат, да я уже, что только не прикидывал. Я же всё это время, как ты разгадал загадку, только об этом и размышляю. Локисы по утверждению Эдема, это подвид ангелов. Тут Леофаста права. Можно спорить, но это его мир. Значит, даже если будет не два крыла, а четыре, всё равно Эдем будет настаивать, что это лишь вариация ангелов.
– Но вы же богиня любви, наверняка, можете помочь зачатию, тогда «Система» признает нас мужем и женой. Так сказал Эдем, – робко просит Мальвина.
– Прости девочка, – качает головой Леофаста. – Закон суров, но он закон.
– Стоп, стоп, стоп! – машу руками. – «Система» признает вас женатыми, если вы заделаете ребёнка? Хи-хи-хи… Леофаста, на каком языке ты разговариваешь?
– На «общем». Это самый распространённый язык в этой части галактики. И чтоб не нагружать «Систему» переводом молитв, все боги говорят на самом популярном языке.
– Отлично. Мальвина, а ты?
– Так же.
– Прекрасно. Молот, выйди. Ты «общий» не знаешь. Потом с тобой по-русски потрещим.
– А зачем это?
– А чтоб «Система» не подслушала.
Спасибо, дедушке Всеславу за подсказку, как уйти от прослушки. Сейчас мы эту «Систему» доломаем нахрен! Ибо нефиг!
ГЛАВА ВТОРАЯ
– О! Гляди, сейчас что-то будет! – Балагур довольно скалится, глядя на небо.
А что у нас там? Ага. Ясненько. К купающимся девицам подкрадывается летающая, пушистая неожиданность. Ещё и со стороны солнца подбирается, чтоб не спалили раньше времени.
И вот довольные жизнью близняшки, наворачивают круги, изображая из себя бельишко в центрифуге. Разве что оборотов поменьше. И тут сверху, прямо между ними, сложив крылья, падает бомбочка. Весёлый такой бульк получился.
Нам с Балагуром так точно весело. А то, что сестрёнки подняли визг, так мы не виноваты, что они не понимают шуток.
– Что это было?
– На нас напали?
– Какое. Ты посмотри, на этих двух клоунов! Ржут же.
– Опять Пух развлекается… Вот балбес!
И тут возле самого берега, проплыв под водой около пятнадцати метров, дабы не попасться в руки разгневанных девушек, появляются чьи-то мокрые уши.
– Альфа! Как тебе не стыдно!
– Ауф! – сообщив, что ей не только не стыдно, но ещё и весело, волчица выбирается на берег.
И мощно так отряхивается. Брызги летят во все стороны, накрывая нас с Вовкой с ног до головы.
– Альфа! – это уже мы с Вованом, хором высказываем недовольство.
Но в отличие от близняшек, на нас лохматая беспредельщица не огрызается. Виновато опустив голову, трусит ко мне, и тычется мокрым носом в руку.