Хозяева Астора, вся верхушка города, смогли выжить сами и сохранить свои семьи. Корабли, зерно, золото, Гвардия – все сохраненное осталось при них, пусть и на какое-то время. Гвардия, естественно, не вся по списку, начальство и немного особо верных рядовых. Остальные военные испытали все тяготы пути по пояс в снегу, как и их семьи.

Скольких похоронили, засыпали снегом, просто не смогли поднять замерзающих и обессилевших – точно никому не известно. Примерно до Беды, на землях, подчиняющихся Астору, и в самом городе проживало около пятисот тысяч человек.

Девять тысяч приплыли на кораблях.

Еще шестьдесят шесть тысяч прошли горы и спустились с предгорий на земли Ханств. Они пришли двадцатью колоннами, сплоченные смертью своих родных, полные тяжелого гнева и ярости. Нетрудно догадаться, что элита, уже считающая реквизированные корабли и запасы зерна своими, оказалась снесена озверевшими от страданий и смертей людьми. Быстро назначенный Совет Капитанов первым указом объявил, что все корабли, товар в трюмах и казна города поступают в распоряжение Совета. Для справедливого распределения между всеми спасшимися, так оно и получилось в итоге. Несогласных с таким решением новой власти отправили на работу в поля, пришлось лучшим людям вместе с остальными почти вручную пахать новые земли, бывшую степь, чтобы засеять ее зерном.

Не все отправились в длинный путь, испугавшись снега и холода. По рассказам выживших, за Скалистыми предгорьями температура опускалась до таких значений, что замерзала реса.

То есть, до тридцати-сорока градусов по Цельсию, говоря земными понятиями.

На землях Астора такого страшного холода не случилось, слава богам. Но, привыкшим к комфортным двадцати-тридцати градусам тепла, жителям пришлось так же тяжело. Зимней одежды не нашлось ни у кого, обуви тем более. Заматывались в одеяла, все, что можно было одевали на себя, только это плохо спасало от невиданного мороза и пронизывающего ветра. От Астора до Смертных гор, как их теперь называют, расстояние около двухсот пятидесяти километров или тысяча шестьсот лиг по-местному. Жители города и крестьяне, жившие рядом, имели надежду на спасение. Однако большинство крестьян и обитателей других городков, расположенных севернее, шансов на спасение почти не имело.

Пару дней после Беды еще оставались какие-то признаки того, что страной управляют Маги. Первые сигналы о произошедшей катастрофе пришли по скошам, сдвинув первые массы беженцев в путь. Сообщения о черном небе и лютых морозах, усиливающихся каждый час, не давали возможности выбора и долгого размышления. Ведь с севера сообщали только о снижении температуры, постоянном не прекращающемся снижении. Оставалось спасаться бегством, так призывали оставшиеся у скошей доверенные люди Магов. Но через пару дней они сами стали прятаться и убегать, ибо разгневанные люди стали уничтожать все, связанное с прежним правлением Магов.

Прежняя власть обрушилась у всех на глазах. И ничего от нее не осталось. Тогда все остающиеся еще в своих домах люди поняли – все очень плохо. Но насколько все плохо – стало понятно через неделю.

Все эти сведения я узнаю не из книг. Их еще не написали, пока людям не до такого.

Да и мало кто хочет вспоминать такое. Очень непопулярная тема в обществе, как я успел заметить.

Еще не популярнее теперь – сами бывшие хозяева и управители земель, называемые Проклятыми Магами.

На мои вопросы дает ответы тот самый дед по имени Корн, из книжной лавки, который взялся учить меня грамоте. Несмотря на почтенный возраст, он жизнерадостный человек, радуется каждому новому прожитому дню и любит выпить. Как он повторяет: каждой стопкой ресы он празднует свое спасение в Смертных горах. Свое и своей пожилой жены. Жена все прощает Корну по той же причине, хоть и ворчит каждый раз, открывая ему дверь после наших занятий.

Корн быстро достал где-то азбуку и принялся учить меня, несильно спеша. Ведь, за каждый урок я плачу ему по серебрушке и этим очень радую старика. Поговорить за стопкой он тоже любит, правда, от пива давно отказался в пользу крепкой ресы, которую смакует очень маленькими глотками.

Человек из всеобщего несчастья умудрился построить свое маленькое личное счастье. Отмечая новый день жизни с детским восторгом, Корн помнит каждый момент своего пути из города до Смертных гор. Они уже тогда находились в почтенном возрасте по местным понятиям – обоим под пятьдесят лет. Сыновья служили на севере Черноземья, там они и пропали, рассчитывать старикам оказалось не на кого, только на самих себя и удачу.

Они вышли с караваном из города одними из первых, взяв с собой немного вещей, теплую одежду и еду.

Это и спасло стариков.

Пока соседи выбивались из последних сил, таща с собой множество лишнего барахла, Корн с женой преодолевали лиги без сильной усталости. Когда пошел снег, они пристроились к отряду, хорошо торившему путь в снегу, и смогли выдержать три дня такой гонки. Днем они отставали, но каждый вечер догоняли оторвавшихся спутников и ночевали у костра. Получали горячую еду и укрытие от мороза. На четвертый день, уже готовых сдаться, лечь в снег и замерзнуть, их догнал другой караван. Начался сильнейший снегопад, старики смогли два дня отдохнуть, пока ждали его конца. Потом пришлось пробивать путь в снегу с человеческий рост, скорости движения упала до минимума, что здорово помогло выжить Корну с женой. Через три дня людская колонна с оставшимися редкими животными начала спускаться с горных вершин в южные долины.