В это самое мгновение, моя техника, наконец, заработала.

Первой освободилась Электра. С громким хлопком она упала на землю, больше не поддерживаемая силой мутанта.

Последний взглянул на нее удивленно, вытянул руку в ее сторону, сконцентрировался, и… Ничего не произошло. Он моргнул пару раз, в изумлении уставился на свою руку.

Но я времени не терял. Ярость, что тлела внутри, высвободилась с утробным криком, и я, окончательно позволив потоку Ци “течь” своим чередом, кинулся вперед.

Удар моего кулака пришелся хорошо: прямо в скулу. “Демон” удивленно вскрикнул, прежде чем отлететь назад, но я даже не думал останавливаться. Навис над упавшим мальчишкой, “оседлал” немощное тельце, и стал бить. По лицу. С удовольствием. Наслаждаясь каждым ударом.

Не знаю, сколько это продолжалось, но остановили меня Гвен и Питер, что повисли на руке, не давая моему кулаку в очередной раз опуститься на лицо паренька, которое уже превратилось в некое опухшее кровавое мессиво.

– Гарри! Гарри!
– пыталась докричаться до меня блондинка.
– Остановись! Что-то сильно не так!

Паркер молчал, лишь изо всех сил пытался сдержать мою руку, наполненную Ци.

Я моргнул, приходя в себя.

И только сейчас обратил внимание, что вокруг происходит нечто необычное. И с первого взгляда можно было сказать, что это нечто очень плохое!

Темное, наполненное какими-то светящимися элементами, словно самое настоящее звездное небо, пространство закручивалось прямо под потолком пещеры. От него так разило энергией, что мое восприятие просто отказывалось работать, вызывая вспышки ментальной боли.

– Бежим!
– успел крикнуть я, но, как всегда, слишком поздно.

Удар был слишком страшен. Мое сознание растворилось, исчезло, вызвав чувство первобытного ужаса, когда я понял, что сейчас меня не станет, я просто исчезну, буду стерт из всех возможных миров. Чувство невероятно быстрого движения, словно крючком, вцепившимся в мой живот, тянущее меня неизвестно куда, пришло через мгновение, и, как ни странно, принесло с собой облегчение. Если я куда-то двигаюсь, значит, еще существую.

А еще через секунду, которое для меня растянулось в нечто куда более длинное, чем вечность, меня выкинуло в свое тело.

Я закашлялся, почувствовал во рту горько-кислый привкус желчи. Рядом послышался стон Гвен. По закрытым векам било солнце.

Я с трудом перевернулся на спину, подставляя лицо ласковым и теплым лучам. Послышалось еще несколько знакомых голосов… хотя это, трудно назвать голосами. Скорее болезненные стоны, и попытки сохранить рвущийся наружу завтрак. Друзья явно приходили в себя.

Я открыл глаза.

Небо. Не очень голубое, загрязненное множеством городских предприятий, но какое-то очень родное. Знакомое. И очень близкое.

Мы явно лежали не на земле. Скорее крыша какой-то высотки… Очень знакомая крыша, если подумать.

– Это что… Нью-Йорк?
– голос Паркера. Кто бы сомневался, наш самый крутой супергерой первым пришел в себя.
– И это.. крыша башни ОзКорп?

Он повернулся в сторону, где лежала Фелиция:

– Разве ты не говорила, что она разрушена?

– Она и была, - кряхтя девушка поднялась на ноги, оглянулась в недоумении.

– Может восстановили?
– неуверенно предположила Мэри Джейн, которая, к моему удивлению, тоже довольно быстро восстановилась. Вскоре к моим друзьям присоединились и другие девушки.

Так уж получилось, что остались в лежачем положении только мы с Ханом… ну, еще избитый до полусмерти “демон”...

Я взглянул на японца, поймал его взгляд. И увидел там то, чего больше всего боялся увидеть.

Ужас. Тот самый, я знал, плескается в моих собственных глазах.

Все мое восприятие кричало, что все вокруг неправильное. Чужое.

Накатило чувство абсолютное беспомощности.

– Эй, а кто это там… Неужели… - голос Фелиции. Она заметила первой. Но скоро заметят и остальные.

К нам приближался, раскачиваясь на паутине, самый настоящий Человек-Паук.

* * *

Норман нервно барабанил пальцами по подлокотнику кресла, гипнотизируя трубку, что лежала на расстоянии вытянутой руки. Трубка на гипноз Директора не поддавалась, и это вызывало в старшем Озборне приступы почти неконтролируемой ярости.