Винченцо слушал краем уха, пытаясь понять, спросить или пока не стоит… все-таки Древний.

Может, не понять…

— Рассчитывал я увидеть вовсе не тебя. Поэтому делаю вывод, что Цаи не удалось вернуть Систему к жизни, следовательно…

— Тебе понадобится эта штука? — уточнил Винченцо, очень надеясь, что нет.

— Это идеальный вариант. Установка чистой копии системы позволит решить большую часть проблем… но не стоит беспокоиться. Запас копий должен был быть в башне. Внизу. В хранилище.

Должен.

Но… тогда почему этот, живой, Цаи им не воспользовался?

Впрочем, тут Винченцо счел нужным промолчать.

Глава 33

Миха

Белые ступени не спешили проваливаться и рассыпаться под ногами. Чернота, впрочем, никуда не исчезла. Она то отступала, притворяясь, что обратный путь свободен, и тогда даже появлялся знакомый призрак города, то вновь накатывала, стирая нарисованное.

Но ступени не проваливались.

Уже хлеб.

Миха поймал себя на мысли, что, кажется, научился довольствоваться малым.

Идут.

По ступеням.

Широкие. Невысокие. В принципе, довольно удобные. Но вот количество их напрягает. Он, конечно, слыхал, что в некоторые древние храмы ступеней могут быть сотни, а то и тысячи, но слышать — одно, а штурмовать эту лестницу в никуда — совсем другое.

Ица вот шествует важно.

И переменилась.

Стала выше. Старше? Она себя такой видит? Среда тут отзывчивая. Вон, Карраго явно помолодел. Сын Тени избавился от шрамов. Джер обзавелся завидной мускулатурой. Себя Миха со стороны не видит, но подозревает, что тоже не без сюрпризов.

Ица продолжает меняться.

Она вытягивается, обретая при этом несуразную неестественную стройность. На голове сама собой возникает сложная прическа, то ли косы, то ли змеи черные переплелись и застыли. Из клубков их поднимаются золотые иглы с золотыми же кисточками. При каждом шаге кисточки покачиваются.

Струится золотая ткань.

На босых ногах поблескивают драгоценными камнями браслеты. И на руках их множество, складываясь один к другому, они образуют рукава, что поднимаются до самых локтей.

Варварское великолепие.

Ненастоящее.

Джер, глянув на невесту, встряхнул головой и облачился в сияющий доспех. Чересчур уж сияющий, прям глаза слепит. Таких не бывает. В настоящем мире.

Но надо ли говорить здесь о настоящем мире?

— Дети, — произносит Карраго то ли с насмешкой, то ли с печалью.

И Миха с ним соглашается.

Его гораздо больше заботит лестница, уводящая в никуда. И чернота по краю её. Если включить логику, то чернота — тот самый вирус-паразит. А лестница тогда? Незараженный локус? Защищенный? Каким образом? Антивирусная программа? Здесь, изнутри, она вполне может выглядеть и вот так. Но тогда почему именно этот локус? И почему она не вычистила все пространство? Или… задачи не было?

Ступени становятся выше.

И уже.

Хотелось бы думать, что это означает близость цели, чем бы ни было это Сердце бога.

— Долго еще идти? — Джер не выдерживает первым.

— Не знаю, — Ица останавливается. — Дома… ступеней много. Но не так. Здесь… иначе. Но оно тут. Мы правильно идем.

В этом Миха и не сомневался, поскольку иных лестниц и вообще вариантов не имелось. Пространство явно направляло визитеров к нужной точке. Вопрос лишь в том, кому нужной.

— И что ты собираешься делать? — уточнил он у девочки, которая пыталась выглядеть Императрицей.

— Не знаю, — она ответила после недолгого раздумья. И радостно добавила. — Оно скажет!

Ну да…

По краям ступеней появились деревца в кадках. Зелененькие такие. Настоящие, как и все вокруг. Миха не стал мешать, когда Карраго оторвал от одного листок и растер в пальцах.

— Пахнет лимонником, но с виду не похож…

— Думаю, тут компиляция, — блеснул интеллектом Миха. Усталости, в отличие от реального мира, он не ощущал. А потому в целом путешествие становилось скучноватым. — Если система считала наши с вами личности и сумела перенести их из реального мира в виртуальный…

Это само по себе звучало фантастично.

Хотя…

Ему ли говорить о фантастике. Переселение душ, если так-то, куда более фантастично… или… этак Миха додумается до неслучайности своего попадания и особо тайной технике Древних, которая заработала непонятно с чего…

Или понятно?

Если…

— … то она могла считать и образы, а потом совместить их, выдав некую усредненную картинку, — мысль вдруг показалась интересной. — Вы говорили о тех, которые были до меня… попаданцах.