— Но я не из уголовного розыска, — ухватился я еще за одну соломинку.

— Подберу тебе толкового опера. Не переживай, — успокоил он меня.

— А кто дела в суд будет направлять? — спросил я, поскольку так и не увидел в выстроенной полковником цепи нужного звена.

— Так ты и будешь, в группе со следователем прокуратуры.

— То есть следователь у вас все-таки есть, — уличил я его во лжи.

— Его присутствие приемлемо только в связке с тобой, я тебе уже объяснял почему.

— Товарищ полковник, а в чем состоит мой интерес? — перешел я к материальным благам, раз битва была мною позорна проиграна.

— Премии, рост в званиях и должностях, а также мое покровительство.

Из перечисленного меня более-менее заинтересовало лишь одно.

— Чем ты не доволен? — резко спросил Шафиров, что-то распознав на моем лице.

— Так вы меня куда-то переведете? — решил я не усугублять, поэтому перешел к другому вопросу. — Я так и не понял, как и когда я буду этими вашими взяточниками заниматься.

— Пока в райотделе останешься, будешь служить как служил, попутно выполняя мои поручения. И я не хочу, чтобы ты афишировал это свое новое направление деятельности.

— Антикоррупционной, — добавил я красок.

— Точно, антикоррупционная деятельность, — благосклонно принял название Шафиров и договорил. — Никто не должен о ней знать. Чем дольше удастся сохранить в тайне новое подразделение, тем лучше.

— Понял, — принял я правила игры. Но на самом деле я понял только то, что Шафиров многое недоговаривает, и задал себе вопрос, знают ли об этой местной инициативе в Москве? Откуда-то возникло подозрение, видимо, веяния моей эпохи, что Шафиров на антикоррупционном подразделении планирует въехать под фанфары в столицу. Впрочем, пусть добивается своих целей, а я буду приближать свою. Все-таки наше с ним сотрудничество намечается взаимовыгодным. Я широко улыбнулся полковнику.