Запой продлился меньше недели, затем еще парочку он притворялся, что активно пишет очередной роман про Лиама Бенкса, которого творцы за глаза называли сублимацией на тему несостоявшейся избранности самого Дерека. Называли все, даже те, кто роман не то чтобы в руках не держал – в глаза издали не видел! Раньше обиду на эту ложь заглушала радость от отзывов настоящих читателей, но желание признания равных себе скоро испортило и это.

Родители с детства приучали его к сообществу и его правилам, чья строгость и нелепость компенсировались обещаниями великого будущего, мечтая о котором, он и начал сочинять свои первые истории. Творца не существует без творчества? Что ж, пиши, деточка, а мы уж постараемся, чтобы твое невинное хобби принесло плоды, непременно принесло плоды. И вот уже его подростковые рассказы печатают признанные литературные журналы, а скупые на похвалу критики становятся вдруг щедрыми. Он так сильно гордился этим тогда, как сейчас пытался заставить себя забыть.

Но первый роман на бумаге случился раньше первого на любовном фронте. В черновиках ждал редактуры второй, в голове зрел третий, и все, что ему хотелось – творить. Просто писать свои истории, радовать читателей, собирать урожаи восхищенных отзывов. И он писал, радовал, творил… Но с очередным урожаем в корзину упало червивое яблоко с рецензией от Августа Грема, такого же творца-писателя, как и сам Дерек.

Понять и оценить по достоинству творца может только другой творец? Ха! У каждого такого если не своя вселенная, то галактика минимум, и когда один соизволит снизойти до другого, то на своей черепашьей скорости будет плестись столько, что ждать не останется ни смысла, ни повода.

Читатели же… А что читатели? Случится ли у твоего детища, в которое ты вложил всего себя, хоть капля тех, кто подберет ключ к культурному коду, зашифрованному в переплетении букв и знаков препинания? Дерек слишком долго ошибался, что да, случатся, но получал лишь читающих по верхам и ищущих каждый свое. И он сначала намеренно пытался упростить, зная, что получит очередное гнилое яблоко от Грема, а то и целую корзину, но верил в читателя. Потом постепенно накатила усталость, и он стал кормить аудиторию отходами истиной работы своего мозга, переключившись на иные заботы, истинные заботы творцов. Раз уж ему не геройствовать вместе с придуманными персонажами, почему бы не сделать это на самом деле?

В реальности добровольцы на роль героев и спасителей не требовались, а если и случалась подходящая легенда, к ней уже имелся свой сонм достойных претендентов – на любой цвет, вкус и запах. Вроде бы никто не запрещал Дереку пройти испытания на звание Дваждырожденного, и многие творцы даже искренне болели за него, желая удачи, но сколько из них верило, что он сумеет разбудить псов? Псы предпочитали спать, как и тысячелетия до этого, и только в подземельях Шамбалы множились тени, снова множились тени, а Лин Вей продолжал опекать своего никчемного ученика, вместо того, чтобы начать действовать. Он и убийства моделей просмотрел, стараясь скрыть факт донорства огня Давыдовым своей полудохлой подружке! Вот смешно выйдет, если она и впрямь Ключ Огня. И кто тогда будет разбираться с богиней Воды, если Дерека на эту роль даже пророк не допускает? Ну и к теням их всех! А он просто будет писать книги, сколько успеет, пока их мир окончательно не навернется в бездну открытых Врат!..

Очередной роман застрял на шестой главе, набравшей в себя уже больше авторского листа, но до конца, как ее не пинай, вечно оставалась еще одна сцена – всегда эта чертова плюс одна сцена! Может, оборвать ее и начать следующую? И пусть читатель сольется в экстазе с критиком в возмущенном вопле: «Это что такое?!» Кому вообще сдалось слушать их вопли?

– Прибью героя, – пообещал себе Дерек. – Допишу роман и прибью героя – пусть фанатки пеплом голову посыпают и очереди на фестивалях выстаивают, а воскрешать все равно не буду.

В другое время его развеселило бы такое обещание, сейчас же сердце отозвалось печалью, а внутренний голос язвительно произнес:

«Ну прибьешь, ну погорюют немного и уйдут в другой сериал к живым персонажам. Нас, писателей, сегодня вон сколько развелось!»

– А пророк прав, – неожиданно для себя признал Дерек. – Лин Вей ни при каких, даже самых невероятных обстоятельствах не признает меня наследником, а делать что-то с нынешней ситуацией надо… Надо… Надо принять другую сторону и ускорить открытие Врат!

В новый визит неприветливый северный город встретил его теплым ласковым солнцем, словно намекал, что Дерек сделал правильный выбор. А вот пророк вдруг пошел на попятную.

– Вот, – он протянул листок А4 с распечатанной на нем картой, – здесь маньяк через три дня оставит свою новую жертву. К сожалению, это все, что мне удалось увидеть. Зато у вас все шансы проявить себя героем.

– А если я передумал и хочу объединиться с убийцей, чтобы вместе уничтожить мир?

Лицо пророка вытянулось в удивлении, и Дерек не сдержал победной улыбки. Кажется, этот идиот его просто проверял, а значит, не такой уж всевидящий, как показалось в прошлый раз.

– Шутка, – добавил поспешно, но парень начал говорить одновременно с ним, отчего начало он пропустил:

– …не сможет, а там будет прогуливаться Лана Смирнова.

– И что?

– Она убьет вас обоих.

– Высосет? – не понял Дерек, но раз девушка – выгоревшая, то что она еще может сделать двум сильным творцам?

– Очистит, – в голосе пророка прозвучало столько равнодушия, что в правдивости его слов сомневаться не приходилось.

– Она вернула огонь?

– Вернет. Вы станете этому первопричиной.