Рида молчала.

— Что с тобой такое?

— Ты не поймёшь, — вяло улыбнулась она. — И помочь ты мне не сможешь.

— А вот тут ты ошибаешься. Есть нож?

Дочь Умия нахмурилась и слегка отстранилась от меня. Я прочёл в её взгляде лёгкий испуг.

— Для меня нож, — пояснил я.

Рида указала на сапог, из голенища которого торчала рукоять. Видимо ей действительно было настолько плохо, что она даже не могла пошевелиться.

Вытащив нож, я лишь присвистнул. Лезвии его было испещрено вдоль и поперёк эльфийскими рунами. Мне даже показалось, что ручка излучает слабые сполохи силы.

— А чего попроще не найдётся? Не хотелось бы мне связывать с эльфийской магией.

Рида отрицательно покачала головой, глаза её закатились — ей становилось хуже.

— Ну что ж, — обречённо вздохнул я.

Последний раз осмотрев эльфийский клинок, я осторожно надрезал кожу на правой руке чуть выше локтя. Странно, но боли я не почувствовал. Тогда я сослался на эльфийскую магию. Углубив лезвие в плоть, я провернул рукоять ножа:

— Прощай академия, — грустно вздохнул я и рывком вытянул клинок из раны.

Рида вряд ли что-то заметила, а может, и заметила, но не поняла. Мимолётная вспышка света — всё, что она могла увидеть. Но я-то видел другое: из раны вылетел мотылёк, описал несколько кругов над рукой и был таков. Мне показалось, что он ехидно ухмылялся. Должно быть, так же ухмылялись и в академии, получив послание. Запретить-то нам запретили пользоваться магией, но кто же поверит на слово? Пока у тебя в руке сидит вот такой мотылёк, о всякой магии можешь позабыть. А если удалишь его, то можешь позабыть и о почтенной приставке "миор" перед своим именем.

Как только сверкающая бабочка покинула мою плоть, я тут же ощутил прилив силы, но знал, что продлится это не долго. Скоро магистр отрежет меня от источника, а потом прибудут бородатые дядечки и взашей погонят меня в академию. Нужно торопиться.

Кроме как накачать Риду магией, я ничего лучшего придумать не мог — времени катастрофически не хватало. Положив руки ей на живот, я потянулся к источнику. Сила послушно отозвалась, наполняя моё, а затем и её тело.

— Ты… ты… — хрипло протянула Рида, приходя в чувство.

— Да, — ухмыльнулся я. — Немножко дружу с магией.

— Кто ты?

— У меня нет времени на глупые объяснения. Если хочешь встретить своего Иллиса, то поторопись.

— А ты?

— А я…

Договорить я не успел. Раздался жуткий треск, будто разом сломили дюжину могучих буков. Секундой позже склон усыпало сломанными ветвями, среди которых промелькнула серая тень.

Первой среагировала Рида. Дочь Умия успела оттолкнуть меня в сторону, а сама метнула нож. Кто-то или что-то противно завыло, а потом я увидел огромную тень несущуюся прямо на меня.

И вновь я потянулся к источнику, плетя на ходу заклинание, первое, которое пришло на ум — Бич Валгаса. Закончить плетение я успел в самый последний момент. Тень уже нависала надо мной в стремительном прыжке, когда я хлестнул её заклинанием. Витиеватая нить, окутанная сверкающими искрами, ударила тварь в морду, отбросив в сторону.

— Бежим! — прокричала Рида, взбираясь на склон.

Теперь я знал наверняка: если Рида говорит — бежим, то это значит бежим! Не теряя времени, я помчался вслед за ней. Поднялись мы довольно-таки быстро. Поваленные тенью деревья образовали некое подобие лестницы, по которой мы и взобрались на склон.

Уже стоя на вершине, я бросил взгляд вниз — там что-то шевелилось. Неужели эта тварь смогла выжить после столь мощного заклинания?

— Не жди, Олл. Иллис уже рядом!

И вновь мы бежали. Рида впереди, я позади. И вновь у меня были вопросы, на которые я не мог получить ответы, но уже и не стремился. Миор Рик'эль отделил меня от истока сразу после того, как я использовал Бич Валгаса. И вновь я оказался без силы. Но всё это уже не имело никакого значения. Скоро за мной придут Каратели и лучшее, что меня ждёт — это работа подмастерьем у старого алхимика где-нибудь в глуши.

Щемящая тоска поселилась в груди. Десять лет впустую. Десять долгих лет штудирования трактатов и фолиантов впустую. Всё впустую. И всё из-за этой Риды! Угораздило меня влезть в тот сарайчик. И почему меня понесло в эту деревню?!

Злость закипала внутри. Я был готов наброситься на несносную девчонку и разорвать голыми руками на куски. Но когда моему взору предстал Иллис, то всё как рукой сняло: злость, ненависть, обида, тоска — всё исчезло.

Как же я сразу не догадался? Если бы Иллис был человеком, эльфом или даже гномом и мог нам помочь, то почему же не шёл нам навстречу? А напротив, словно замер на одном месте, будто был деревом. Но в действительности так оно и оказалось. Иллис — это же мифическое дерево эльфов! Почему я вспомнил об этом только сейчас? Ведь тысячи раз натыкался на это слово, читая старинные рукописи.