Уичерли хорошо изучил Павлакиса и знал, что от его ожидать:

— А ты, судя по всему, у него успеха не добился.

— Я вел себя глупо. — Павлакис выудил из кармана свои четки. — Может быть и так. Но он будет знать, что это его последний шанс украсть. Хотя все равно у старого мошенника масса возможностей купить дешево и дорого зарядить по спецификации. Когда я осматривал работу два дня назад, то не обнаружил никаких признаков нарушения технических условий…

— Я не хочу ввязываться в это грязное дело, Ник, — резко сказал Уичерли. — Что бы там еще ни происходило между Димитриосом и твоим отцом — а я подозреваю, что очень многое — твой отец никогда не просил меня рисковать своей шеей, это просто неприлично.

— Я тоже не прошу тебя об этом, мой друг… — Павлакис был поражен появлением Миссис Уичерли, бесшумно материализовавшейся у его локтя с блюдцем, на котором стояла чашка, наполненная чем-то коричневым. Он глянул снизу вверх и неуверенно улыбнулся. — Вы очень любезны, дорогая леди. — Осторожно отхлебнул, обычно он пил кофе по-турецки с двойным сахаром, но сейчас это был кофе по американски, простой и горький. Улыбнулся, скрывая досаду. — Ммм.

Его вежливая шарада была незамеченной миссис Уичерли, — та смотрела на своего мужа. — Пожалуйста, Ларри, не нервничай. — Уичерли нетерпеливо покачал головой.

Когда Павлакис поднял глаза от своей чашки, он обнаружил, что хозяйка ушла. Он осторожно отставил чашку с кофе в сторону. — Я надеялся, Ларри, что ты поможешь нам, чтобы «Стар Куин» ушла вовремя в рейс.

— И как же мне это сделать? — Пробормотал Уичерли.

— Я был бы счастлив немедленно перевести тебя на летное жалованье с премиями, если ты согласишься отправиться в Фаларон и прожить там весь следующий месяц — разумеется, как только почувствуешь себя в состоянии действовать в качестве моего личного агента. Проверять работу нужно ежедневно, пока корабль не будет готов.

Тусклые глаза Уичерли заблестели. Он что-то напевал и бормотал какое-то время. — Ты очень умный парень, Ник. Нанять человека да так, чтобы он сам позаботился о своей безопасности… — Его скрипучий голос перешел в скрежещущий кашель, и Павлакис понял, что миссис Уичерли нервно материализуется в тени.

Судороги Уичерли утихли, и он посмотрел на жену глазами, полными боли. — Предложение, от которого я просто не могу отказаться.

— Так ты сделаешь это?

— Сделаю, если смогу.

Павлакис встал с неприличной поспешностью:

— Спасибо тебе, Ларри. А теперь оставляю тебя в покое. Надеюсь, ты быстро поправишься.

Когда он спешил к ожидавшему такси, его янтарные бусины кружились и щелкали. Он пробормотал молитву Святому Георгию за здоровье Уичерли, а в доме за его спиной раздались возмущенные голоса.

Через пятнадцать минут магнитоплан доставил Павлакиса обратно в шаттлпорт Хитроу, в местное грузовое отделение компании «Павлакис Лайнс». Это был тесный сарай, прилепившийся к торцу огромного стального ангара, полного выброшенных, похожих на яйца топливных баков и секций фюзеляжей ракет-носителей. Запах метана и другой дряни пропитал в обшивку стен.

Когда Павлакисов, ни старшего, ни младшего, не было в Англии, заведение пустовало, если не считать механиков, которые заходили пофлиртовать с секретаршей — одной из золовок двоюродных братьев Никоса по имени София, по фамилии Уиздом, — блондинка с Пелопоннеса, полная, выглядит старше своих лет, вид серьезный. Когда Павлакис вошел в кабинет, на столе у нее стояла открытая коробка йогурта и шла трансляция полуденных новостей на настольном видео.

— Для тех из вас, кто, возможно, нуждался в оправдании, вот хорошая причина, чтобы спланировать поездку в Порт-Геспер, — жеманно сказал диктор. — Сегодня рано утром стало известно, что покупатель первого издания «Семи столпов мудрости…

София подняла тлеющие глаза на Павлакиса, когда он вошел, но больше ни одна часть ее тела не шевельнулась.

— Тебе звонила какая-то женщина.

— Какая женщина?

— Не знаю, какая именно женщина. Говорила, что ты должен был написать ей письмо. Или послать ей телеграмму. Не помню. — тлеющие глаза вернулись на плоский экран.

— Миссис Сильвестр?

София не оторвала глаз от экрана, но ее ладони раскрылись: «может быть».

Проклиная саму концепцию двоюродных братьев и зятьев, Павлакис прошел во внутреннее святилище, выгороженное фанерной стенкой.

Письменный стол, которым все пользовались, когда им хотелось, был завален засаленными листками бумаги. Сверху лежал розовый листок, на котором испорченным простонародным языком Софии передавалась суть последнего сообщения Сандры Сильвестр: настоятельно прошу подтвердить контракт в письменном виде, проставив сегодняшнюю дату. Если компания «Павлакис Лайнс» не может гарантировать окно запуска, компания «Иштар Майнинг Корпорейшн» должна будет немедленно расторгнуть заключенный контракт.

Бусинки беспокойства щелкнули. — София! Немедленно свяжись с миссис Сильвестр.