— Как это?
– удивленно глянул на него кузнец, — А как же мы без телеги?

— Так вон, в котомки добра еще наберете.
– ткнул он в Димку с его огромным рюкзаком за спиной, — Не хотите за новым добром идти, так домой валите!

— А телега наша?

— Ты что, совсем тупой? Как мы все это, до замка утащим? Ясно дело, что телега нам нужна.

— Помилуйте, господин!
– рухнул на колени кузнец, — Не проживем мы без этого, аренду платить нечем, не грабьте! Помилуйте!

— Кто тебя грабит, дубина? Я же у вас это все, -показал он на груженую телегу, -покупаю.

— И телегу?

— И телегу тоже!
– усмехнулся белобрысый и порывшись в своем кошеле вытащил малую серебрушку и кинул ее кузнецу, — Вот тебе серебро, бери и проваливай, не испытывай мое терпение! Еще раз, на глаза попадешься, велю на конюшне запороть!
– уже зло выплюнул он последние слова.

— Ваша милость, господин! Смилуйтесь, смилуйтесь!
– стал на коленях приближаться к нему Гунт, но парень скривился и с силой впечатал подошву своего сапога в грудь пожилого мужчины.

— Пшол вон, скотина! Гай, впрягайся в возок, а ты Вилфи стреляй, если кто-то решит оспорить мое право!
– приказал белобрысый.

Димка так сжал зубы, что кажется они сейчас осыпятся мелкими обломками. Не легко ему было сдержать себя, чтобы не закатать всем троим в лоб по пуле. Но все-же, не смог он стерпеть такое явное беззаконие творимое над безответными простолюдинами. Мужчина всю жизнь работающий и в поте лица зарабатывающий свой хлеб унижался и ползал на коленях перед этим молодым выродком.

«И вы еще, сволочи, удивлялись когда такие вот Гунты не выдерживали и на вилы вас поднимали, а потом сжигали ваши поместья к чертям собачим со всем выводком!»

— Я не совсем понял, о каком праве вы говорили? И кто, дал вам право грабить простых людей?
– процедил он каждое слово смотря на белобрысого негодяя.

— Кто это?
– повернулся белобрысый парень к своим спутникам, — Кто позволил, этому крысенышу открывать рот? Я думаю, Вилфи, ели ты убьешь одного, то ничего страшного. Этим действием, лишь поучишь других уважению к дворянам.

— Простите его, ваша милость!
– закричал плачущий кузнец, — Не в себе он, не убивайте парня!

Но Димка уже не слышал вопли кузнеца. Он вошел в боевой режим — быстрым, плавным движением скинул с плеч рюкзак и не успел смуглый вытащить свой лук, как он сильным хуком отправил паренька, которого белобрысый звал Гаем, в глубокий нокаут. Через секунду, Дмитрий уже держал белобрысого за шкирку приставив ему к шее серп.

— Не трогай, Вилфи, свой лук, иначе я ему просто перережу глотку!

— Щенок, ты поплатишься за свою дерзость, я затравлю тебя псами!
– прошипел белобрысый пытаясь ухватить рукоять своего меча.

— Я смотрю, ты не воспринял мою угрозу всерьез?
– спросил его Димка и еле сдержал себя, чтобы не отрезать ухо вырывающемуся парню.

Вместо этого он тыльной стороной руки, в которой держал серп двинул того по губам.

— Это тебе за щенка!
– но все же не сдержался и острием серпа чувствительно ткнул еще и в бедро, под край кольчуги, — А это, за крысеныша! Еще раз заговоришь со мной без уважения, я тебе ухо отрежу, клянусь всеми вашими богами.

— Кто ты?
– прохрипел белобрысый окровавленными губами.

— Тебе, это знать не обязательно, считай что я путешествую по вашим краям инкогнито. Да вы и сами нам не представились, поэтому обойдемся без имен.

— Парень, ты делаешь большую ошибку, -смотрел на него в упор смуглый лучник, -это господин Дарен, единственный сын лорда Бастиана. Рано или поздно тебя найдут и сдерут шкуру, прежде чем отрубить голову.

— Хватит пустых угроз, они меня утомляют! Сейчас, ты Вилфи, бросишь на землю свой лук и отъедешь на полсотни шагов.

— Почему я должен слушать тебя?
– криво усмехнулся лучник, он хотел казаться невозмутимым, но глаза его выдавали, в них плясала не прикрытая паника.

— Потому что, если ты не бросишь свой лук, то через минуту я перережу глотку сынку лорда и тогда ты будешь объяснять своему хозяину почему не попытался сохранить жизнь его единственному сыну. Время пошло! — Димка прижал лезвие серебряного серпа к горлу Дарена так, что побежала струйка крови.

— Вилфи, делай как он сказал!
– прохрипел Дарен.

Лучник скрежетнул зубами, еле слышно выдавил из себя ругательство, но все же кинул на землю колчан и развернув коня, пустил его мелкой рысью прочь.

Димка убрал лезвие от горла сынка и подцепив перевязь с ножнами, одним движением перерезал ее. Меч упал в дорожную пыль.

— Зачем тебе мой меч?

— А это, чтобы ты не кинулся на меня, вдруг пришла бы в голову такая глупость? Кинулся бы, а я бы тебя убил. Поэтому, себе пока заберу. Иди по дороге к своему кнехту и езжайте в свой феод, если придет в голову глупая мысль вернуться и напасть, то застрелю из лука. Иди!
– подтолкнул его вперед Димка, — И дружка своего забери.
– показал он, так и не пришедшего в себя знаменосца.