В каком состоянии окажется Энерида — уже понятно. Полевой защиты не будет минимум сутки, вдобавок — жесткий энергетический голод (если вообще не невозможность работы) боевых постов. Ход мы не утратим, даже возможность выхода в гипер — это отдельный энергоконтур повышенной живучести, но мы в бою! И если вторая обманка и канонерка не видятся проблемой (что, кстати, неточно), то в системе куча кораблей, хоть и на удалении.

— Мозг, срочно выдвигаемся к границам системы! — даже не озвучил, а отмыслил я.

— Исполнение вашего приказа невозможно, капитан Керг, — выдала эта сволочь.

Впрочем, разворачиваемые голограммы с указаниями и динамикой (нейросимбионт дополнял и корректировал данные, делая доступными для меня) показали, что Мозг — не такая уж и сволочь. Дело в том, что после взрыва возникли несколько крайне неприятных проблем:

Во-первых, канонерка и вторая обманка, вместо того чтобы разнестись взрывом нахрен, уцелели. Канонерка была повреждена Энеридой ещё до взрыва, не слишком боеспособна, но уцелела и запускала к обманке челнок. Взрыв совершенно безумным образом оказался «направленным», в нашу сторону, причём появляются некоторые мысли… на которые ни черта нет времени, с ними потом. А вот с врагами — они относительно неподалёку и целы, тогда как Энерида только-только восстанавливает частичную дееспособность. От канонерки опасности ждать не стоит, но челнок с её экипажем вскоре достигнет обманки, которая… чёрт знает, что может сделать, но уже то, что есть — неприятно.

Во-вторых, взрыв хоть и оказался «направленным», но это был именно взрыв, более того, обманку не «испарило», а раскурочило на куски. И это привело к тому, что плотное поле астероидов «коридора» пришли в движение, сталкиваясь друг с другом. А это — изменение конфигурации этого гребучего коридора, если вообще не его полное уничтожение в ближайшие десятки минут.

В-третьих, Энерида пусть и работоспособна, но щитов и оружия лишена на часы, если не дни, это уже факт. И если раньше пробиваться сквозь поле астероидов было возможно, хоть и долго (массу никакие щиты не обнуляют, а обратный импульс передаётся на корабль, хоть и распределённо «на весь»), то теперь — мы просто разобьём Энериду об эти каменюки, если попробуем выбраться вне рушащегося коридора.

И четвёртая, самая гадкая вещь — сужающийся коридор, осколки одного и корпуса двух других вражин просто перекрыли нам выход. Не «наглухо», но с ними придётся «бодаться», если рвать на выход. И если с канонеркой это бы вышло, до здоровенный кусок металла обманки просто разрушит структурную целостность нашего корабля.

Пятое — не вновь появившийся, а старый фактор. Корабли этих сволочных горрнландцев в системе. Им до нас телепатся часы, но уже телепаются, что отдуплившийся Мозг отобразил на схеме.

Результат всего — нам надо бежать из системы, чем быстрее, тем лучше. Бой с подоспевшими канонерками мы не перживём. Но бежать — непонятно как, а часики-то тикают! У нас меньше часа на то, чтобы миновать противников, после чего коридор просто перестанет существовать, а нам гарантированный… он самый. И починиться на месте — вариант самоубийства, канонерки подтянутся со всей звёздной системы и будут рядом до того, как уже шуршащие роботы приведут в порядок хотя бы часть систем.

Но бежать — некуда, разве что возвращаться к станции, но вариант с защитой от главы монополии кажется совершенно нереальным. Впрочем, рявкнув на неконструктивно матерящийся отряд, я связался с Ксенофонтом. Сам посланник доступа к корабельной телеметрии не имел, так что был не в курсе, что происходит. Но физиономию имел взволнованную: тревога по Энериде была всекорабельной.

— Ксенофонт, какова вероятность воспользоваться защитой главы монополии? — не стал я тратить время.

— Эммм… от местных — близка к нулю. Я, признаться, внимательно ознакомился с предоставленными гарантиями, и похоже — он может отстраниться…

— Хрен с ним. Понятно, благодарю, — отключился я от связи.

Отряд тем временем затеял в инфопространстве суету, с фигуральным беганьем кругами и дерганьем руками. Несмотря на обилие мата, так и слышалось: «что же делать, что же делать?!»

— Хорош причитать, — уже собранно озвучил я. — Мозг, общую схему положения в боевой чат!

— Исполняю, капитан.

— Итак, у нас нет шансов, кроме как выбраться из системы. И мы успеем это сделать, до подлёта сил местных, если начнём движение в ближайшее время. Мозг, варианты тарана этих кораблей в ближайшее время осуществимы? Пусть с поломкой оборудования, не ведущей к потере возможности гиперпрыжка.

— Нет, капитан. Структурная целостность Энериды будет нарушена критично.

— А если медленно подлететь и толкать? — поинтересовалась Колючка.

— Время. Идея хорошая, Ир, но мы в невесомости, на космических расстояниях. Не говоря о том, что толкать нужно обманку, а у неё рабочие движки. Мозг, озвучь, — распорядился я, поскольку сам уже прикидывал-интересовался.

— От двадцати минут до тридцати минут Энериде потребуется для занятия подходящей для некритичного столкновения позиции. Около двадцати минут — передача необходимого импульса. В случае противодействия двигателей вражеского корабля — непрогнозируемый срок.