А после боя победитель получал все. Но при таком раскладе делалось невозможным полноценное участие в тотализаторе зрителей, и второй вопрос волновал нашего героя намного больше. Его волновал вопрос, как он будет собирать свой процент по ставкам с бартерных ставок. Дмитрию срочно понадобились деньги! Но вот какая засада, денег-то у него и не было. А это значит, что, правильно, их надо срочно где-то найти! Но деньги, это не только ставки, то введение полноценной монетарной системы. И вот в этом как раз Дымок был вообще не в теме. Ведь помимо введения денег надо было объяснить диким гоблинам, что это такое, ведь деньги нельзя есть, их нельзя одеть на себя, ими не отобьёшься от врага. Деньги — это уже признак зарождения капитала, признак новых отношений. Признак появления такого явления как капитал и капитализм. А капитализм, наш герой не сильно и хотел, но куда от него деться просто не знал!

И вообще, какой коммунизм можно строить при рабовладельческом строе. Хотя какие из кобольдов рабы, вопрос спорный. Скорее это такие же питомцы, только с увеличенным интеллектом. В рабство Дымок взял этих шипящих и кусающихся тварей сразу же, как только их всех смогли переловить. В основном сетями, ибо эти прямоходящие ящеры разбегались от ловцов как тараканы. Печать раба была поставлена даже на яйца. Так что все вновь родившиеся кобольды тоже будут рабами. Печальная участь, то тогда после боя, Дмитрий об этом не думал, потому что его терзала боль потерь и еще не сошедшая горячка боя. После, хорошенько все обдумав… он оставил все как есть. Только всех пленных поровну разделил между своими подчиненными. И если сначала гоблины просто не знали для чего им нужны рабы, постепенно они разобрались.

Ничего сверхсложного, да и просто сложного, посмирневшим ящерам доверять было нельзя, чисто потому, что они были слишком низко-интеллектуальны, неразвиты и просто дикие. Однако простую уборку в доме и на улице они делать могли, могли таскать тяжёлое, катать тележки все с теми же грузами, мыть посуду, стирать белье, и выполнять учу другой нудной и неинтересной работы. Забегая вперед, надо сказать, что у кобольдов, с уровня яйца воспитанных как рабы, даже развился культ трудолюбия. Такие себе домовые кобольды, привязанные к одному хозяину. Очень похоже на домовых эльфов из старой детской книжки про мальчика-волшебника, полное собрание приключений которого Дымок как-то нашел на свалке. Тогда он несколько недель ходил погруженный в чудесные приключения в мире магии.

Ходил ровно до тех пор, пока не начал глубоко анализировать поступки героев, и вот тогда у него начали появляться неудобные вопросы в писательнице. К сожалению, задать их было некому, а фанфиков по этой теме Дима не читал. Тем не менее, в рабство целое племя, точнее его остатки он обратил, и никаких угрызений совести не испытал, неожиданно даже для самого себя. Только сейчас он понял, что жизнь не сказка. Тут или ты, или тебя. Хотя кобольды, в случае их победы, никого в рабство обращать не собирались, они тупо всех убили, а потом сожрали. Дымок в данном случае поступил как настоящий цивилизованный человек. И кто знает, может быть потом его потомки еще будут стоять на коленях перед чешуйчатыми людоедами и каяться за порабощение. Но сам Дмитрий надеялся, что до такого не доживет!

Кроме кобольдов и всякой мелочи, гоблины догадались поставить печать раба на крабанов. И вот чудо, одомашненный таким образом монстры оказались вполне плодовиты, и стало возможно разводить их без Точки Возрождения и Кровавой Фермы. Щенки крабанов, будучи выращены в семье гоблинов ничем не отличались от обычных домашний собак, кроме внешности, конечно. Вот такой вот выверт системы. Собачьи бои Дымок сразу запретил, так как они после одомашнивания становились практически членами семьи, и уничтожать их на арене наш герой посчитал аморальным. И гоблины подчинились, потому что смотри «закон второй». Но охотится на мелких монстров в тоннелях никто гоблинам не запрещал. И это дало неожиданный результат. Неизвестно, кто сделал это первым, но однажды этот кто-то оседлал крабана.

Последствия были чудовищны! Именно так, ведь чудовища на чудовище — это и есть Чудовищная Кавалерия. Седла на крабанов шились из достаточно жесткой кожи, чтобы острая шерсть не впивалась в костлявые задницы всадников. Тяжелую броню крабаны не поднимали, поэтому гоблины использовали толстую дубленую кожу, но использовали по-полной. То есть огромные наплечники, шлемы как у Дарта Вейдера, которые однажды Дымок нарисовал им для примера возможной экипировки, плащи из меха крыс и слегка изогнутые тесаки одновременно похожие на тяжелые сабли или легкие фальшионы. Кроме мечей гоблины были вооружены короткими пиками и длинными кинжалами. Некоторые имели при себе арканы и боло для того, чтобы противника можно было не только убивать, но брать в плен. Когда Дымок впервые увидел выстроившийся эскадрон из десятка гоблинов, у него была только одна фраза:

— Лютый Пиз**ц! — и интернациональный межмировой жест рука-лицо.

Но гоблины восприняли это как похвалу и стали восхищённо переглядываться, а потом один из них, видимо инициатор и командир догадливо прошептал:

— Величайший дал нам имя! Теперь мы отряд «Лютый Пиз**ц»! Слава Величайшему! — а остальные вторили ему:

— Слава Величайшему! Слава «Лютый Пиз**ец»!

— Слава Величайшему…! — Дымок же не знал куда деваться, только сейчас он понял выражение «Слово не воробей — вылетит не поймаешь!»

Оставалось только делать вид, что все так и надо. А потом, при удобном случае послать в этот эскадрон в самую гущу битвы, чтобы и духу от него не осталось. Именно так Дымок собирался избавиться от своего косяка. Но кто же знал, что в будущих боях эта кавалерия не только выживет, но и увеличится в численности, станет легендой, и члены будущей элитной кавалерийской дивизии будут скандировать во время атаки: «Мы Лютый Пиз**ц! Убьём всех до единого!!!». Но это будет потом, а сейчас Дымок отдал приказ готовить праздник по поводу образования нового рода войск, который он объявил: «Днем Кавалерии»! Помимо этого, он выделил ресурсы и рабочих для постройки Легеря Гоблинской Кавалерии, по аналогии с Лагерем Хобгоблинов.