— А если окажется недостаточен? — спросил Лазарев.

— Значит, я недостаточно старался, — усмехнулся я. — Пока здесь я не встретил ничего такого, с чем не смог бы справиться при достаточной подготовке, разумеется. Напролом я не лезу.

— Это я заметил, — ответил чуть успокоившийся Лазарев. — Твоя защита потрясающа, я ничего подобного не видел. В твоем артефакте она устроена точно по другому принципу.

Мне послышалось обвинение, поэтому я ответил сразу:

— Такую защиту в артефакт не встроишь, там заклинание короткоживущего типа.

— А такие есть? — удивился он.

— Мой учитель говорит, что есть, — уклончиво ответил я. — Все, жрущие ману в огромных количествах, существуют мало.

— Забавное определение, — он улыбнулся. — Слава, а ты не мог бы меня научить этой защите?

— Андрей Кириллович, — укоризненно сказал я, — вы же не станете выдавать тайны своего клана мне, так почему вы думаете, что я выдам свои вам?

— Тайны клана, говоришь? — Он задумался, потом совсем по-молодому тряхнул головой, словно на что-то решившись. — Как ни крути, Слава, но ты меня сегодня спас. Если бы не твоя защита, я бы не выжил.

Я чуть было не бросил, что выжил бы, просто обзавелся симбионтом определенного толка, но промолчал, потому что не исключал, что эта идея придется Лазареву по душе и следующую комнату он откроет сам, чтобы обзавестись помощником. Усиление магии — слишком заманчивая штука, чтобы не посчитать, что уж он-то с сумасшествием справится.

— Если бы вы сюда не пошли, Андрей Кириллович, вы бы вообще не попали в опасную ситуацию.

— Это было моим выбором. — Он огляделся, видно, прикинул, сколько мне здесь еще чистить, и покачал головой. — Поэтому я хочу тебе в благодарность открыть секрет.

— Вашего клана? — удивился я.

— Нет, твоего, — неожиданно ответил он. — Точнее, одного из членов твоего клана. Нехороший секрет, несущий опасность и тебе лично, и клану.

— Неожиданно. И о ком речь?

Я растерялся, прикидывая, о ком из банды Глаза пойдет речь. Неужели молчаливый Стас? Мне он показался самым надежным из троицы. Но он и был самым закрытым.

— Речь идет о Ермолиной, — огорошил меня Лазарев. — Анне Ермолиной. Мальцевы ее не так просто держали в Огурцово, а в наказание за слив информации. Этим же она занимается и сейчас, но уже сливает информацию о твоем клане.

— Не может быть! Как она может этим заниматься? За ней же постоянно присматривает телохранитель.

И вообще, не верилось, что Аня на это способна. Это казалось какой-то гадкой выдумкой. Она добровольно вступила в клан, добровольно приняла ученичество. Я подарил ей знания по целительству, подобных которым здесь больше нет.

— Увы, Слава, я не выдумываю. Кроме личных встреч, возможны разговоры по телефону или переписка в мессенджерах, если ты забыл. Более того, у меня есть инфа, что её хотят перекупить для другого клана, на который она сейчас работает. Разумеется, под благовидным предлогом, под таким, что ты отказать не сможешь.

А вот это был удар ниже пояса. Если Аня уходит и уносит с собой все знания по целительству, то мы все дружно оказываемся в заднице. Не отпустить ее я не могу, потому что обещал. Но ведь ничего не предвещало, разве что Тимофей жаловался, что она неохотно делится заклинаниями, но я относил это на то, что он торопится.

— Насколько вы уверены в том, что вы говорите?

— Полностью уверены. Я лично читал переписку. Она торгуется, выбивая максимально возможные условия за те знания, что принесет. Сестру она тоже собирается забирать.

Последнее Лазарев сказал с сочувствием, уверенный, что разбивает мне сердце, но Полину было ничуть не жалко. Уйдет — сама себя накажет. Но вот Аня… Аня, которую я вытащил из Огурцово, которая казалась честной и открытой и которая, черт возьми, мне по-настоящему нравилась! И которая оказалась копией Илинель — та же темная предательская душонка внутри. Да, как говорится: есть грабли, которые учат, а есть — просто любимые.

— И как скоро?

— После соревнований в «Крыльях Феникса». Она бы и раньше ушла, но Полина записана в команду

— Спасибо, Андрей Кириллович. Кто предупрежден — тот вооружен. Я ваш должник.

И если Аня действительно собралась с другой клан, что ж, ее ожидает неприятный сюрприз. Только что делать с обучением Тимофея? Вот ведь гадство. Я зло стукнул кулаком по стене.

— Да, Слава, — грустно сказал Лазарев, — быть главой клана — это значит постоянно получать подобные сюрпризы.

На третью комнату я замахиваться не стал, хотя уже прикинул, как можно проводить очистку с наименьшими энергетическими затратами. Но заниматься этим под бдительным присмотром Лазарева? Тот и так, едва опомнившись от перенесенного потрясения, посчитал, что выдал мне слишком много информации и теперь назойливо пытался выяснить, откуда мне известны заклинания, которые я использую, и каким образом я общаюсь с учителем. Последний волновал Лазарева больше всего. До такой степени волновал, что он даже поинтересовался, не может ли с ним встретиться. Я ответил, что учитель не встречается ни с кем, кроме меня, но Лазарева это не успокоило, он выдирал из меня информацию старательно, пытаясь пробить наводящими вопросами с разных сторон. Если я ему не нахамил, так только из благодарности за рассказ о зреющем под носом заговоре.