— Полицию надо вызывать, — пискнула продавщица, обрадовавшись поддержке в лице охранника. — Преднамеренная порча имущества.

— Да какая порча? Фата у меня просто расползлась в руках. От старости, наверное, — вяло огрызнулась матрона. — Неужели вы думаете, что я могла бы ее порвать. Сколько у меня силы в руках?

Охранник с ответом замялся. Потому что бицепс матроны был толще его ноги, а что там — сало или мышцы — под одеждой не видно. Я бы поставил на сало, если судить по внешнему холеному виду, но охранник решил на внешний вид нарушительницы не полагаться.

— Камеры посмотрим, решим, — ответил он.

— Да что смотреть? — агрессивно воскликнула покупательница. — Старье сбывают, а я виновата?

— Что вы выдумываете? — всхлипнула продавщица. — Вот эту коллекцию вообще только вчера привезли.

Она взялась за рукав «только вчера привезенного платья», чтобы показать в развороте, но тот неожиданно остался у нее в руках, и если бы полностью — двумя лоскутами с неровными краями. Само платье тоже недолго висело на вешалке: покачалось и свалилось неприятной желтоватой кучкой. Выглядела «новая коллекция» набором ветхого тряпья. Использовать его теперь можно было только как ветошь для протирки. Серый наверняка оценил бы: у него такое в багажнике лежало «на всякий случай». Любовался я плодами своей диверсии недолго.

— Надзор за магией! — взвыла продавщица сиреной.

А я посчитал лучшим все-таки смыться. Следы ауры я там размыл, не вычислят, если умеют это делать. Но оставаться поблизости — подвергаться ненужному риску, потому что привлеченные шумом скандала у салона собирались зеваки, любой из которых может случайно на меня налететь. Невидимость — не панацея от обнаружения.

До дома я пробежался, а вот там меня ждал неприятный сюрприз: у переговорного устройства обнаружился Варсонофий. То есть визитер выглядел точь-в-точь как мой фантом с записей Императорской гвардии, только с поправкой на современную одежду. А голос... От голоса защемило сердце, потому что он был скопирован с манеры Айлинга. Копировщик вряд ли был знаком с моим учителе, скорее всего, подражал манере разговора по единственной фразе, попавшей на запись.

— Слушай, я долго ждать не намерен! — рычал визитер. — Мне срочно нужен Ярослав. Не позовешь — пожалеешь.

Подошел я к нему почти вплотную, полюбовался на качество иллюзии, которая все же не была достаточно плотной для знающего, куда смотреть, поэтому смог определить, что «волхв» куда моложе, чем хочет показать. Почему-то визитер показался неопасным: ненавистью от него не веяло. Впрочем, это ни о чем не говорило: наемные убийцы и не должны ненавидеть своих жертв.

Но при этом типе не было ничего серьезного, такого, с чем не смог бы справиться мой артефакт, поэтому изучение я прекратил и телепортировался в квартиру, за спину Серого, что потребовало практически всей наличной маны. Количество ее настолько резко ухнуло, что я аж покачнулся, чувствуя головокружение от недостатка столь важной субстанции.

— Кто, там, Серег? — хрипло спросил я.

— Ох ты ж… — Он резко ко мне развернулся. — Ты не офонарел, так пугать? Да придурок какой-то приперся. Говорит, ты будешь рад его видеть. А если ты не увидишь его немедленно, то мы все пожалеем.

— Вот как?

Я отстранил Серого, распахнул дверь и лицом к лицу оказался со лже-Варсонофием, который как раз открывал рот, чтобы что-то сказать. Да так и замер, уставившись на меня. Я тоже с интересом его изучал. Посторонний человек не отличил бы мою иллюзию от этой, но я-то знал, что это всего лишь жалкая подделка. Пауза затянулась.

— Слушаю вас, — холодно сказал я.

— Нет, это я тебя слушаю, ученик.

Попытка пришельца выдать себя за Варсонофия неожиданно не разозлила, а развеселила. Сейчас он выступал моим алиби перед Глазьевыми, поэтому я решил быть к нему милосердным и не сразу спускать с лестницы.

— Вы — не мой учитель. У вас личина просвечивает, — намекнул я. — Сильно.

— Что? — он схватился за лицо, потом неожиданно достал складное зеркальце, взглянул в него и забормотал: «Что за ерунда? Ничего не просвечивает».

— Хотите опишу, как вы выглядите на самом деле? Темноволосый, лет сорока от силы, тонкий длинный нос.

— Хватит-хватит! — Он испуганно выставил перед собой руки. — Не надо всем знать, как выглядит настоящий Варсонофий.

Я насмешливо фыркнул.

— Вы — не настоящий.

— Нет, я как раз настоящий, — неожиданно заупрямился он. — А вот тот, кто себя выдает за меня, — не настоящий.

— Я понятия не имею, кто представляется вами. Пока только вы пытаетесь выдать себя за моего учителя, — напомнил я. — Неизвестно с какой целью.

— С какой, с какой, — проворчал Серый. — Все они хотят запустить руку в наш карман, а то и обе руки. Гони этого липового Варсонофия отсюда, пока он еще что не придумал. Делать нам нечего, только его байки выслушивать.

Но гнать не пришлось: лже-друид сделал вид, что он внезапно вспомнил о чем-то жизненно важном и удрал, даже не попрощавшись. Взглядом я его проводил и запомнил не только внешность, но и ауру — узнаю при любой личине.