До полноценной бойни остаются мгновения.

Спурт разгоняет сознание, и револьвер в моей руке принимается за работу с помощью Пригоршни пуль. Вражеские бойцы разлетаются веером от входа, запятнав грязный пол своими мозгами. Люди в невменяемом состоянии пытаются убраться на верхние этажи. Пришельцы реагируют на угрозу, но это ничего не меняет.

Из просторного здания звучит постоянная оглушительная стрельба, и я покидаю его, покрытый зелёной кровью с головы до ног.

Твари.

Грёбаные твари.

Отняли у меня драгоценное время.

Я вырежу их везде, где встречу.

К штабу уже стекаются защитники. Замечаю Медичи и кричу ей:

— Внутри много раненных. Они на вас. А мне надо лететь, на нас тоже напали.

— Спасибо! — отзывается итальянка, явно побывавшая в самом сердце сражения. — Мы не забудем твою помощь! — несётся мне в спину.

Чтобы отыскать Осьминожку уходит десяток секунд. Резко подхватив его, набираю скорость. Мы достаточно склонили чашу весов в этой фактории. Остальное зависит от самого Евроальянса.

— Ваалис, домой! — ору я, перекрикивая шум ветра.

Тот понятливо кивает, и перед нами начинает раскрываться каскад мерцающих порталов. Мы разрываем небо пополам, оставляя за собой инверсионный след.

Последнее кольцо позади, и вот мы в Небраске.

Зрелище потрясает. Полчища кселари втягиваются внутрь городских стен. Взорванная вражеская техника во множестве мест коптит воздух. Турели отработали, как надо.

Непривычно видеть город сверху, но местность узнаётся моментально. Бои идут уже повсеместно. В воздухе носятся клубы сажи и дыма. Во многих местах вспыхивают плазменные взрывы и очереди.

В самом центре я различаю блеск знакомых белоснежных волос. Драгана! Какая-то падаль наступает на неё, вызывая крик полный боли из девичьего рта.

Кселари безразлично кладёт одну из рук на её макушку, и в моей голове мгновенно восстаёт картина зверства, увиденная в Швейцарии. Тот ублюдочный Нова, убивший девушку, подругу Медичи. Кажется, её звали Тенна. Точно таким же образом он раздавил её череп.

Накомис…

Арианнель…

Теперь Драгана…

Сколько ещё близких людей я должен потерять?..

Всё вокруг подёргивает алым. В мире не остаётся ничего кроме моей безудержной ярости. Даже не замечаю, в какой момент отпускаю Ваалиса.

Я падаю с небес, как метеор, разгоняя себя в сотни раз Спуртом. Плазменный кнут рассекает подставленное запястье, глубоко погружаясь в брусчатку. Оставленная борозда, разграничивает пространство между мной и ходячим трупом.

Он отшатывается, и зелёный фонтан брызжет из обугленного обрубка. Три остальные конечности рефлекторно заслоняют его, пытаясь заблокировать остальные удары.

Израненное тело девушки начинает падать, но я подхватываю её. Хрупкое и лёгкое. Такое уязвимое.

На секунду мой взгляд встречается с ней. Всё будет хорошо. Я здесь. Теперь всё будет хорошо…

— Прости, что задержался, дорогая.

Рука сжимает рукоять плазменного кнута до хруста, а мой взгляд ожесточается, встретившись с миллисекундным удивлением Новы.

— Ты умер в тот миг, как поднял руку на мою женщину.

Это не угроза. Зачем угрожать тому, кого я уже похоронил? Это обещание. Это непреложная клятва.

Потоки воздуха обволакивают тело Драганы, унося её прочь. Рефлекторно она пытается вцепиться в меня ослабшей рукой, но я непреклонен. Так надо.

— ЕГЕРЬ!!! ЕГЕРЬ!!! ЕГЕРЬ!!!- раздаётся ревущий клич.

Мои воины, мои соратники, мои товарищи. Они видят меня, и в их душах вспыхивает огонёк надежды. Они кричат, и их голоса разносятся далеко за пределы Фритауна.

Несколько рядовых кселари, выглянувших из-за угла резко прячутся обратно. Их сердца трепещут. Ведь у защитников не должно быть Суперновы. Невозможно, невообразимо, бессмысленно! Меня не должно быть здесь! Но я здесь…

Воздух вокруг меня искрится от напряжения. Я чувствую, как волнами расходится поток арканы, атмосфера буквально трещит от переизбытка энергии. У мрази передо мной есть какое-то имя, но мертвецам имена ни к чему. Оно мне безразлично.

Его желание убивать девятым валом сталкивается с моим собственным. Мощь двух Супернов схлестнулась в этой точке, готовая вот-вот выплеснуться разрушительной волной.

Руки мёртвой хваткой сжимают плазменный кнут и револьвер. Побелевшие костяшки под защитной перчаткой. Привкус железа в воздухе. Крови пролилось немало.