— Уже ничего, — я сел рядом с братом, который отвлекся от чтения, повернувшись ко мне.

— Будь осторожен. К сожалению, остался в Норильске, поэтому прикрыть не смогу. — Проговорил он и отключился.

— Как дела? — положив мобилет в карман куртки, поинтересовался я у Петра.

— А чего ты такой довольный? — прищурился он, протягивая мне какие-то записи.

— Владения свои осмотрел, думаю, тебя привлечь к семейному, так сказать, делу. Это что? — я уставился в записи отца, быстро поняв по почерку, кому они принадлежали.

— Это заметки человека, который тут работал до меня. Довольно интересные вещи делал, но многое у него так и не получилось. Пару вещиц я смог доработать, полагаясь на собственные знания, — он встал со стула, подходя к одному из столов, махнув мне рукой, подзывая ближе. — Это кольца с осколками того макра, который ты нашел в сейфе. Он обладает очень интересными свойствами и, при должной смекалке, из него можно сделать больше, нежели батарейку для артефактов. Не буду рассказывать, как я дополнил то, что писал ученый, но у меня вышел своеобразный артефакт для определения ядов. К сожалению, я пока не придумал ничего умнее, чем запихать камни в кольца. Вот смотри, если рядом находится яд, макр меняет свой цвет на бордовый, а владелец ощущает холод, исходящий от артефакта. Хотя, это вроде как не артефакт в чистом виде, скорее алхимия и немного направленной магии.

— Они все бордовые, — я посмотрел на семь колец, которые ярко светились явно не фиолетовым светом, а под ними дерево столешницы уже покрылось коркой льда.

— А вот это тебе от меня подарок на свадьбу, от чистого сердца, — улыбнулся он, показывая рукой на чайный сервиз из двенадцать кружек. — Яд моего собственного изобретения, противоядия пока нет, но я работаю над этим. Отложенный эффект, и ни один маг жизни и смерти не сможет определить причину такой внезапной кончины целого семейства.

— Ты издеваешься? — прищурился я, косясь в сторону воодушевившегося брата.

— Нет, чем меньше ненужных родственников, мешающих семейной жизни, тем проще. Как вспомню этих вдовушек, так сразу хочется им чаю предложить из этого сервиза. В общем, я еще работаю над этим, может, добавлю катализатор какой, чтобы действие яда не сразу на всех одновременно распространялось, да и регулировку времени, после которого человек умирает хотелось бы добавить. Тогда, ты бы мог не просто их всех отравить, а еще и хорошенько пошантажировать перед смертью…

— Остановись, — рассмеялся я. Но от подобного подарка все же не отказался. Действие отсроченного яда очень полезная в хозяйстве штука. Я взял одно из колец и отошел от отравленных чашек, рассматривая макр, который буквально на глазах менял свой цвет на фиолетовый. Достав кинжал из хранилища, я хотел проверить одну теорию. Поднеся его к макру в перстне, не удивился, когда увидел, как он снова поменял свой цвет.

— Отравленный кинжал? Ты же вроде по ядам не специализируешься, — задумчиво посмотрел он на клинок в моей руке, а после перевел взгляд на меня.

— Так получилось. Кровь скорпиниды попала на лезвие, и мне показалось, что клинок, будто впитал его в себя, — нет, кинжал я точно на торги выставлять не стану. Если он обладает такими же свойствами, как и мой, то из него можно сделать очень страшное оружие, даже малейшая царапина которого может привести к смерти жертвы. — Ты можешь еще сделать подобные кольца? — спросил я у брата.

— Да сколько угодно. Макр большой, на создание одного камня для кольца нужна крохотная его часть, — пожал он плечами.

— Отлично. Я заберу их, чтобы выставить на торги, — кивнул я своим мыслям. Вот и третий лот, который прикроет отсутствие клинка.

— Да пожалуйста, — отмахнулся он. — О каком семейном деле ты хотел со мной поговорить?

— Будем запускать алхимическую лабораторию. Конечно, в основном, для производства лекарств, но, думаю, и по твоему профилю что-то будет разрабатываться и создаваться. Ты подумай пока, что интересного можешь там сделать, и что для этого понадобится, потом обсудим. — Я взял со стола кольца, одев одно из них на палец, правда, пришлось снять один из накопителей, но его в любой момент можно поменять, а осторожность, как говорится, никогда не помешает.

Выйдя из лаборатории, я получил от курьера невзрачную коробку, в которой находилось три свитка. Как хорошо, что у меня есть Шмелев. Без него мне пришлось бы непросто.

Переместиться в точку проведения аукциона я решил минут за двадцать до его начала. Все же представить свой товар было необходимо, учитывая, что об артефактах известно учредителям только со слов Гюрзова. На удивление, с этим никаких проблем не возникло. Как только я порвал свиток, то сразу же ощутил затяжной рывок, со всем спектром ощущений при перемещении. Яркий свет резанул по глазам, от чего на несколько секунд, кроме темноты и вспышек не мог ничего толком различить. Проморгавшись, понял, что оказался в хорошо освещенном большом зале в центре какого-то артефакта, являющегося, по всей видимости, конечной точкой перемещения. Вокруг уже сновали люди, от которых за версту несло дорогим парфюмом и богатством, что они выставляли напоказ. Расшитые золотом костюмы, драгоценности в неприличном количестве на сопровождающих господ дамах. Судя по всему, высший свет империи. Я покачал головой и усмехнулся, отходя от артефакта, удивляясь, как при всей этой вычурности, император и его приближенные до сих пор не могли устроить здесь облаву.